Подмигнув ворону левым глазом, Вовка глубоко задумался. То, что произойдет дальше, было известно ему до мельчайших подробностей. Об этом он знал доподлинно из фэнтези, коими зачитывался на сон грядущий. В отличие от фармакологических барбитуратов, чтение давало гарантированный и безопасный результат: Вовка засыпал почти моментально и не мучился по утрам от одурманивающей мозг сонливости.

Постояв минуту под деревом, он уверенным шагом двинулся по едва заметной тропинке, теряющейся в глубине непролазной чащи. В самое ближайшее время его ожидала встреча с прекрасной эльфийкой из Вечного леса. То, что этот лес таковым и является, сомнений не вызывало – в сказках других не бывает.

Эльфийка могла оказаться темной или светлой, что было абсолютно фиолетово – Вовка любил и тех и других. Имелась у него парочка остроухих подружек: такое вытворяли в постели, что иначе как высшей магией объяснить нельзя. Часик-другой он еще мог потерпеть, хотя вынужденный двухнедельный пост в бабкиной деревушке являлся исключением из правил.

Могли встретиться и эльфы. Этих Вовка не то что бы недолюбливал, скорее – брезговал. Пересекался он с ними несколько раз в той жизни по служебной необходимости, после чего долго оттирал руки мылом в ближайшем туалете, сплевывая тягучую слюну, копившуюся во время общения.

Следующими по списку шли гоблины. С этими зелеными недомерками он долго не разговаривал: в пятак и с копыт. Они и раньше его утомляли, имели обыкновение засовывать свои немытые рожи в окошки коммерческих ларьков именно тогда, когда он занимался инкассацией подконтрольной территории.

В животе предательски заурчало. Со вчерашнего дня еще ничего не ел, следовало срочно чем-нибудь подкрепиться. Любой стресс всегда вызывал в его организме одну-единственную реакцию: тупо хотелось жрать.

«Смотри, чтобы тебя самого на харч не пустили», – сварливо вмешался в мечтания другой Вовка.

В любом из нас живет внутренний голос, но у нашего героя его второе «я» отличалось особо мерзким характером. Вовка именовал этого гада Занудой и ненавидел лютой ненавистью. Он постоянно лез со своими непрошеными советами, причем в самый неподходящий момент. Во время разборок постоянно бубнил цитаты из Уголовного кодекса или, наоборот, травил невеселые тюремные байки.

Как-то раз, для разнообразия посетив престижный фитнес-клуб, Вовка заприметил очередную смазливую эльфийку. Клинья подбивались вполне успешно, пока не вмешался этот наглый, всезнающий тип:

«Ты на ноги ее посмотри… Видишь? Икроножная мышца коротковата и кажется чересчур мускулистой. На внутреннем коленном сгибе подушечка – колченогость, однако. А грудь? Ты же сам всегда говорил, что все, что не помещается в руку, – это вымя».

Вовка тогда плюнул от злости и, не обращая внимания на обиженную остроухую, направился к лежаку. Отжимая от груди привычные две сотни, попытался сосредоточиться на чем-нибудь другом. Не получилось. В итоге пришлось воспользоваться услугами знакомого агентства.

Едва взглянув на приехавшую по вызову троллиху, он сразу же направился к холодильнику за литровым кувшином «Silver Smirnoff». Серебро, обычно гарантированно помогавшее от любой нечисти, на этот раз оказалось бессильным. Поэтому к вышеназванным сказочным персонажам он также относился без особой любви.

Орки были хуже гоблинов и троллей, взятых вместе. Это ненасытное племя рыскало по весям в поисках заблудших путников и беззастенчиво грабило их, угрожая своими полосатыми дубинками из придорожных засад. Вовка предпочитал с грабителями не связываться и молча отдавал положенную дань. Иногда, если орк попадался молодой и глупый, удавалось его развести.

Тропинка постепенно становилась шире и ярче освещалась первыми лучами восходящего солнца. Вовка шел уже больше часа, но никаких признаков разумной жизни на глаза не попадалось. Вечный лес потихоньку ворожил щебетанием птиц и громким треском кустов, сквозь которые продирались какие-то крупные животные. Одно из таких высунуло из колючих веток желтой магнолии любопытный пятачок и незамедлительно схлопотало по оному подошвой кроссовки.

– В край ежики охамели! – Праведным гневом возмутился Вовка и продолжил путешествие, не обращая внимания на обиженное хрюканье дикобраза.

Тропинка наконец-то вывела его на небольшую лужайку, где мирно паслись домашние животные. Сказочные коровы, свиньи и козы имели, с точки зрения Вовки, вполне обыденный вид, неведомых зверушек среди них не наблюдалось. За поредевшими деревьями мелькали крыши небольших избушек, доносился аромат свежеиспеченного хлеба. Настроение потихонечку пошло в гору.

– Стой, мил-человек, приехали. Дорожная служба.

Путь преградило пятеро мужиков, достаточно опрятных, деревенского вида, с дубинами в руках. Один из них, одетый в потертую замшевую куртку и вязаную шапочку, небрежно поигрывал кинжалом. Сделав шаг навстречу, он безапелляционно заявил: