Одно было странно: от какого помрачения капитан вдруг стал делиться новостями с Аритой? Впрочем, эта-то и соврет - не дорого возьмет.

Шут нашел Дени в казарменном зале собраний, где тот проводил очередную нравственную беседу с самыми молодыми воспитанниками, только готовыми принять присягу. Проскользнув в комнату, Шут беззвучно прикрыл за собой дверь и присел на лавку, которую почти скрывала густая тень от высокого стеллажа с тренировочными мечами. Кандидаты в защитники королевской семьи стояли перед капитаном ровным строем и едва сдерживали радостное возбуждение. Похоже, именно в это утро мальчишки получили свою парадную форму - черные с золотым кантом мундиры - и очень гордились ею. Не без удивления Шут заметил среди них сына одной из знакомых графинь.

'А этот-то что здесь делает?
– подумал он, разглядывая юного графа. Младший и самый любимый наследник своего отца, Теол Арималь всегда был ужасно болезненным и робким.
– Какой из него защитник?
– впрочем, надо отдать должное, стоящий перед Дени молодой человек почти не походил на того бледного мальчика, каким Шут запомнил его. В новой ладно сидящей форме графский сын выглядел вполне мужественно. Но главное, Шуту понравились его глаза: не испуганные и не нахальные, как это свойственно многим отпрыскам знатных семей, а полные огня и готовности следовать науке капитана.
– Молодец все-таки Дени!' - улыбнулся Шут.

Главный гвардеец Закатного Края был среднего роста, поджарый и крепкий. Его почти седые волосы, коротко остриженные чуть ниже ушей, резко контрастировали с загорелой темной кожей лица. Прямые узкие губы, крючковатый ястребиный нос и длинный шрам на правой щеке - облик воина...

– Так вот я вам еще раз повторю, - Авером прошелся вдоль шеренги новичков, потрясая тяжелым знаменем гвардии, - это - не просто тряпка на шесте! Это ваша честь, ваша клятва, ваше имя! Через два дня вы не просто будете целовать это знамя, вы присягнете короне, а это, мальчики, - не шутка. Поэтому я вас еще раз прошу, подите прочь, если думаете, что служба в гвардии - это красивая форма и барышни в соплях от восхищения вашим бравым видом. После присяги вы станете людьми короля, его защитой, опорой и щитом! Раз и навсегда. Уяснили? Можете быть свободны, - Дени отвернулся от мальчишек и направился к Шуту, прогоняя с лица суровость.
– Ну, здравствуй, господин Патрик. Ты, говорят, болеть изволил?

– Было дело, капитан. Уже, как видите, здоров. А вы сами?

– А мне чего? Я, брат, отродясь ничем не хворал, - Авером заботливо прислонил знамя к стене и сел на соседнюю лавку.
– Вот, разве что, заработал синяков накануне, решил, так сказать, лично проверить навыки офицерского состава...

Шут улыбнулся:

– Надо полагать, они вас не разочаровали.

– Нет, друг мой, нет, очень даже хороши ребятки! Но, довольно, - Авером стал серьезен, - Ты ведь о сплетнях узнавать пришел, так?

Шут не спешил говорить, он почесал согнутым пальцем переносицу, поглядел на Дени пристально и как бы нехотя кивнул. Взгляд капитана стал тяжелым, на лице его как-то разом обрисовались все морщины:

– Правда это, Патрик, - горечь в голосе Дени сказала Шуту больше, чем сам ответ.

Некоторое время они сидели молча.

– Расскажите мне, капитан, - он твердо посмотрел в глаза Аверому.
– Я должен знать.

Капитан не стал спрашивать, почему это ему надо отчитываться перед придворным шутом. Слишком хорошо они понимали друг друга.

– Расскажу, Патрик. Только вот знамя на место отнесу, а потом мы с тобой прогуляемся. Не доверяю я дворцовым стенам. Вот по возвращении... имел беседу с советником в его башне, а сегодня весь город знает с какими, так сказать, результатами наш король вернулся из дипломатического похода в сопредельные княжества. А ведь советник божится, что никому и словом не обмолвился о нашем разговоре. И я имею все основания ему верить.

– Да бросьте, капитан!
– Шут помог Дени пристроить знамя в специальной нише.
– Не вы один глаза имеете, с вами во дворец, как я понимаю, прибыли и ваши гвардейцы. Они, небось, тоже не слепые. Кстати, когда вы вернулись? Я с этой простудой совсем от жизни отстал...

– Да уж больше недели назад... Но поверь, Патрик, мои парни даже половины того не знали, о чем мы с советником говорили. А теперь каждая кухарка норовит меня поймать за полу камзола, и ладно, если б она вела старого Дени в свою кладовочку... Нет, друг мой, эти вероломные создания забрасывают меня расспросами, - они покинули гвардейский двор и по молчаливому указанию Аверома направились к крепостной стене.
– Дескать, правда ли, вы, наш дорогой капитан Дени, видели заморскую принцессу голышом танцующей в лесу? Каково, а мальчик? Бабий треп... Уверяю тебя. Гораздо хуже, что все в курсе намерений короля привезти девушку тайкуров сюда... Вот этого как раз никто не мог знать, кроме меня и советника, да еще двух моих парней, но они прибудут в Золотую вместе с Руальдом. К празднику Начала Осени.

Шут задумался.

– Значит, это действительно правда, - промолвил он, хотя поверить в такой расклад дел было почти невозможно. Капитан мрачно кивнул, огибая стайку озабоченных служанок, спешивших в сторону большой купальни для господ. Одна из них приветливо кивнула Шуту, однако тот не ответил, совершенно потрясенный новостями.
– Но почему вы решили, что это именно ваша беседа дала основу для сплетен? Слухи летают на быстрых крыльях. А в Тайкурдане, я думаю, уже все в курсе намерений их принцессы.