Илану не оставляло чувство, что она по-прежнему лишь в преддверии того мира, куда так хотела попасть. В преддверии истинной реальности. На пороге тайны, которую предстоит разгадать. Разгадка была где-то совсем рядом, за некой невидимой, зыбкой стеной, в которой есть потайная дверь. Илана надеялась, что сумеет отыскать и открыть её.

Статуй во дворце было много, и почти все они изображали ныне покойных членов королевского дома Айсхарана. Ещё больше было так называемых зеркальных картин — своего рода ледяных фресок, изображённое на которых появлялось и исчезало по воле любого снежного мага.

— Почти в каждом зеркале по несколько картин, — пояснил гостям король. — Они через равные промежутки времени сменяют друг друга, но можно сделать так, чтобы какая-нибудь из них держалась подольше. Или вообще сделать видимой только её. В те времена, когда здесь кипела жизнь, детвора развлекалась, соревнуясь, чья картина продержится дольше.

— А кто создал все эти картины? — спросил Мартин, разглядывая ледяные фрески с пристальным и ревнивым интересом профессионала.

— Их создавали все владеющие снежной магией обитатели дворца.

— Здорово! — воскликнула Лилиана. — Выходит, все иланы от рождения великие художники?

— Все художники, но великие не все. Легче всего создать картину-фантазию — это действительно может почти каждый илан, а вот сделать по памяти чьё-то портретное изображение или в точности воспроизвести реально существующий пейзаж непросто. Для этого требуется идеальная зрительная память, а таковой обладают лишь немногие.

— Ну, это не главное, — махнула рукой Лилиана. — Для художника важнее фантазия.

— А для мага память, — сказал король.

Илане показалось, что Айслинд хотел развить свою мысль, но передумал. И как будто бы даже пожалел, что сказал слишком много.

— А статуи кто делал? — спросил Томас, любуясь изваянием прелестного отрока с чашей в руке. — Тоже снежные маги?

— А вот статуи — это в основном работы хатанских мастеров. Иланы никогда не питали страсти к ваянию, и хатаны решили сделать из него своего конька. Они всегда цепляются за малейшую возможность хоть в чём-то нас обойти. И им нередко это удаётся. Хатаны или, выражаясь по-вашему, люди — весьма упорные существа. И очень жизнестойкие. Мы, иланы, всегда были более склонны к созерцанию, а хатаны — к действию. Они всегда старались и стараются успеть сделать больше, и это понятно — ведь их жизнь короче нашей. Мы всегда уважали хатанов за то, что они такие, какие есть. Они же всегда упрекали нас в высокомерии. Впрочем, большая часть нашей совместной истории — это история мирного сосуществования. Увы, теперь всё разладилось… Но не будем сейчас о грустном — это помешает вам в полной мере насладиться красотой моего дворца.

— Надеюсь, все, кого изображают эти картины и статуи, похоронены по обычаю? — спросила Илана.

— Честно говоря, не уверен, — рассмеялся Айслинд. — Сразу видно, что ты пообщалась с Виго. Он из кельдов, а они староверы. До сих пор считают, что души мёртвых опасны и их следует усыплять. Иланы никогда в эту чушь не верили. Мы тоже хороним мёртвых в ледяных коконах, но у нас это всего лишь давняя традиция. После смерти душа покидает тело, и её не удержишь. И одному Творцу ведомо, куда она отправляется.

— И родители отпустили Виго служить тому, кто не разделяет их взгляды?

— Кельды всегда чтили нас, иланов, не особенно задумываясь над тем, какой мы придерживаемся веры. Они всегда чтили нас и чтят едва ли не наравне с Высшими. А что касается Виго, то ему и запрещать было некому. Он единственный уцелел, когда на его деревню напали скамалоты. Думаю, они же и на вас напали на равнине. Одно из самых воинственных здешних племён. Они молятся богу-воителю Энлаю, а нас, иланов, считают демонами, которые являются из страны мёртвых.

— А кельдов они за что ненавидят? — спросил Мартин.

— Главным образом за то, что те почитают демонов загробного царства — то есть нас, иланов. Скамалоты всегда отличались агрессивностью, но ангиеры ещё хуже. Они тоже искусные воины, но не склонны по каждому поводу размахивать мечом, зато весьма коварны, и среди них много искусных магов. Это они организовывают похищение детей.

— Насколько я поняла, в Айсхаране никакого порядка, — нахмурилась Лилиана. — Более того, агрессия здешних обитателей вовсю выплёскивается и на наш мир…

— Который столь же несовершенен, красавица, — грустно улыбнулся король. — Вы ведь уже поняли, что между нашими мирами существует договор о взаимовыгодном обмене, причём самым ценным товаром стали дети. Я противлюсь этому как могу, но один не может сделать слишком много, даже если этот один — снежный маг. Иланы — вымирающее племя, и король Айслинд — король без королевства.

— Странно, — задумчиво произнёс Мартин. — Неужели больше совсем никого не осталось? А дома и дворцы… Я тут поблизости ни одного не заметил. В нашем мире тоже были погибшие королевства, но потомки находили развалины замков и городов. Где же жили твои соплеменники, Айслинд?