Ее рука, против воли, взметнулась к шее, туда, где и сейчас, немного саднил синяк. Все, что было в ее разуме - наводило на размышления..., довольно невеселые, в общем-то.

Пальцы задели тяжелую подвеску, лежащую на ее груди.

Невольно, она обхватила кулон так сильно, что побелели костяшки, и попыталась снять украшение. Но девушка, явно, переоценила свои силы.

В голове зашумело даже от такого, незначительного, напряжение, и кровь забилась в висках с надрывом.

Кровь... на его пальцах..., на камне..., снежинки на темно-алом..., надрывный плач скрипки и гармонь...

Картинки замелькали в сознании Сирины, лишь усиливая дробь пульса, вызывая головную боль. Но, понимания не было.

Рина помнила о том, что произошло..., только когда?

Какое сейчас время суток? Когда была та драка в переулке? Сколько времени она провела без сознания?

Девушка встала, направляясь к окну. И, с раздражением отметила, что ее раздели.

Что ж, пусть это было разумнее, чем уложить ее в грязной одежде, которая, вполне вероятно, была еще и влажной, после посиделок, устроенных ею на камнях улиц Праги, но - Его черная шелковая рубашка, теперь вызывала злость и раздражение. Она была в ярости из-за того, что ею управляли, обманывали. На остальное, Рина просто не обращала внимания. Не давала своим чувствам вырываться из отрезвляющего гнева.

Однако заменить эту одежду, было просто нечем. А потому, пришлось смириться.

Отдернув тяжелые бархатные шторы, Сирина увидела полную луну, высоко сияющую в ночном небе.

Ночь.

Значит, она провела без сознания несколько часов. Это не особо воодушевляло. Ее слабость, очевидно, подорвала организм в серьезной мере.

И, прислонившись к подоконнику, девушка не могла не признать с дрожью страха, что у нее есть, очень интересное, но, абсолютно иррациональное объяснение причины своего недомогания...

Господи! Но, ведь, не может, и в самом деле, Михаэль быть ... ВАМПИРОМ?! Не так ли?

Ну, пожалуйста! Пусть ответом будет - "не может"!

Но, и молясь, Сирина понимала, что, если отбросить чуть более вероятное, но не менее неприятное по своей сути, объяснение о ее сумасшествии - вариант с носферату, самый "реалистичный". А девушка была знакома с легендами об этих существах...

Черт побери! Черт!

А что тут еще скажешь? Только - черт! Черт!

Ее пальцы бегали по звеньям цепочки, в поисках застежки... и не находили. Но, Михаэль же, одевал ее, значит, застежка должна быть...

Однако ее просто не было, и все тут.

Бросив безуспешные изыскания, Сирина обернулась, осматривая комнату, надеясь найти зеркало, чтобы обнаружить-таки, упрямый замок. И задумалась на мгновение - сколько же, из того, что пишут о вампирах, было правдой? Обводя глазами темное помещение, ее не покидало ощущение сюрреализма происходящего.

Боже! Какой бред! Она тут стоит, и реально размышляет о, ... об этом...? Ее психолог, явно, потерпел полное поражение с лечением Сирины...

И, все же... Вампир...

Есть ли в жилище вампира - зеркало?

Как оказалось - есть.

Подойдя вплотную к одной из стен, Сирина увидела лишь слабое мерцание на зеркальной поверхности. Только плавный танец теней в лунном свете. Не задумываясь, девушка поднесла руку, повторяя на стеклянной глади, сверкание переливов луча луны.

И, замерла, понимая, что ее палец, невольно, обводит губы мужчины, отражающегося в зеркале...

Или она ошиблась, или легенды лгут... но, какая, в общем-то, разница?

Михаэль внимательно смотрел на нее, однако, его лицо было спокойным и невозмутимым. И, таким...

Сирина закусила губу, чтобы боль помогла снять это наваждение, унять сердцебиение...

Не от страха или ужаса..., от страсти.

Девушка перестаралась. И поняла это, только тогда, когда с удивлением, слизнула с губы каплю крови, наслаждаясь солоноватым привкусом.

О, дьявол! Вампиризм...?!

Усмешка расплылась на лице Михаэля...

Вот, черт! Он что, все знает?! Все мысли, которые только посещают ее?!

Мужчина стремительно оказался рядом, так, что Сирина не успела заметить этого перемещения. Его руки обхватили ее плечи, притягивая девушку к твердому и большому мужскому телу. А его рот, уже накрывал уста Рины, и она плавилась от этих, чуть засасывающих, ласканий его губ.

Боже, да что же это такое?! Она опять ему позволит собой манипулировать?! Кем бы он там, дьявол его побери, ни был?!

Ни за что.

Ее кулачки уперлись в его грудь, отталкивая. Пусть и смотрелось, наверное, со стороны, это довольно комично. Она была так хрупка против него.

Однако Михаэль поддался, отступая на шаг, напоследок, пробегая по ее саднящим губам языком, рождая дрожь, заставляя сжиматься пальцы на ступнях..., слизывая еще одну алую каплю...

Сирина взяла себя в руки..., почти..., наверное...