Шрифт:
Мужчина оттянул руки девушки, не желая такого удовольствия.
ЕМУ БЫЛА НУЖНА БОЛЬ!
Оттого, кулак Макса, с такой силой сжимал ее украшение, что, скорее всего, погнул его.
Плевать!
Максимилиан оттолкнул девушку, опрокидывая ее на кровать, нависая над нею, не имея сил, и просто, НЕ ЖЕЛАЯ более ждать.
Он любил смотреть в глаза своих жертв, когда доставлял им боль, оттого, его руки обхватили ее лицо, зажимая, удерживая между пальцами щеки, когда вампир, лег сверху, придавливая девушку своим весом.
Но, в ее синих глазах не было боли... совсем... только дурман, пусть и не сознательно, без такой цели, но навеянный им.
Макс, совершенно утратил понимание.
Тьма продолжала бушевать в вампире, требуя полного покорения этой жертвы, и мужчина не сопротивлялся своей бездне, резко и сильно, жестко погружаясь во влажный жар...
Замирая от ее крика, не веря в то, что с ним произошло...
И, зашелся в рыке, когда ее зубы, в попытке..., нет, не оттолкнуть его, а унять свою боль.... Мастер не смог бы объяснить, откуда к нему пришло понимание этого ... с силой впились в его предплечье, не отпуская кольца своих тонких пальцев вокруг его запястий, тем не менее...
Эта... девушка..., не лгала ему...
Ротан не касался ее, как и Теодорус... как и еще, дьявол все раздери, хоть кто-то, другой!
Не то, чтобы это имело значение для Максимилиана...
Он не знал, имело ли такое смысл... у него, никогда не было девственниц.
Вампир не желал иметь их, не считая теми, кто будет способен вынести его методы получения удовольствия...
Но, в тот момент, когда осознание ее правды, потонуло в бездне заполонившей его тьмы...
Когда ее зубы, так крепко, но, все же..., недостаточно, сжимались на его коже...
Что-то, неведомое и недостижимое ранее, вырвалось на волю, из глубины существа вампира. Что-то, что было яростней, и страшнее его безумия.
Примитивное и дикое, сметающее любую, чудом оставшуюся мысль в его голове, заменяя их - горловым рыком.
Что-то, что заставляло его тело, раз за разом погружаться в нее, не зная и не имея пощады... Только, та, что была в его руках, и не просила ее, обвивая его талию своими ногами, лишь облегчая скольжение плоти того, кем стал Макс в ее узком и тесном, одурманивающем вампира, жаре...
А когда, девушка застонала, так и не отпуская его, прикушенной ею руки, начиная биться в судорогах,... не смерти... удовольствия... Максимилиан нарушил слово, которое сам дал себе, предшествующим вечером, погружая свои клыки, одновременно с очередным толчком тела, в точку перехода ее шеи в плечо.
Жадно и неистово глотая эту ароматную, переполненную наслаждением, алую кровь...
И сам, почти разрушаясь, в оргазме...
А, спустя бесконечное время, когда услышал, как протяжно и неторопливо, стал биться ее пульс, вампир задал единственный вопрос:
– Как твое имя?
Однако, еще до того, как хриплый и надломленный, рожденный измученным горлом, голос, тихо прошептал :
– Элен...
Вампир уже знал, что лишь одно понятие "МОЯ", будет определять ее для него...
***
– Как ты смог упустить ее?!!
– Теодорус, со всего размаху, отбросил Ротана на стену, практически, впечатывая колдуна в нее.
– ГДЕ ХЕЛЕН?!
– Я не знаю!
– Закричал в ответ, разозленный Ротан, не обращая внимания на свои, довольно значительные повреждения.
Он вампир, увечия ему не грозили. Если только... колдун зарычал, вспоминая о своем, изуродованном лице... Виновные в этом, так и не отплатили ему, за ту боль...И, если вспомнилось уж об этом...
– Там был Максимилиан.
– Задумчиво проговорил Ротан, поддевая носком сапога безвольное и безжизненное, человеческое тело.
Эта дура им, только, испортила все.
Но, они ей достойно отплатили. Впрочем, никто, и с самого начала, не собирался обращать Саманту, даже не понятно было, отчего эта женщина - так решила. Еще раз пнув тело, колдун отбросил обескровленный труп со своей дороги, и начал метаться туда-сюда по залу.
– Там был Макс...
– Повторял он, просчитывая варианты...
Вспоминая о том, как этот вампир смотрел весь вечер на Хелен... Словно, собирался ее съесть, смакуя при этом, каждый кусочек свежей, трепещущей, сочащейся алой кровью, плоти... И, при том, что Ротан знал и помнил об этом вампире - дело могло обстоять уже именно так.
Если, конечно, тот причастен к исчезновению Хелен.
Аристарх не смог ничего внятного сказать. Он был растерян, хоть и скрывал это за гневом. В конце концов, их заказчик, так же, многое терял при таком положении в общем деле. Значит, он не откажется помочь, в конце концов, Максимилиан его творение...