– Давай сюда.

Гранату удалось пристроить в вещмешке.

– Эх, давненько я за баранку не держался! – Накинувший камуфляж поверх полушубка Макс устроился на водительском кресле. – Пора-а в путь-дорогу, дорогу дальнюю, дальнюю...

– Поехали уже. К воротам дорогу помнишь? – Я надеялся, что в наступивших сумерках сразу разобрать, кто сидит за рулём, рейнджеры не смогут. Нам бы только из села выехать...

– К воротам? Может, через стену перелезем? – предложил Ветрицкий.

– Сигнальные чары сработают, – не открывая глаз, предупредил Жан.

– А что делать будем, если остановят? – По моей просьбе Николай пересел с переднего сиденья к нам назад. Нечего лишний раз светиться.

– Стрелять. – Я проверил «кедр» и, пригнувшись, посмотрел в боковое окошко. Ни черта не разобрать. – Жан, ты нас не прикроешь?

– На меня не рассчитывайте, – закашлялся колдун. – Мне б хоть чуть-чуть оклематься.

– Может, морок навести?

– У ворот такие чары наложены, что любой морок как быку красная тряпка.

– Плохо.

– Чего ж хорошего.

Мне пришла в голову неплохая идея:

– Макс, слышь, а ты тот тупик, в который мы забрели, найти сможешь?

– Найду.

– Вот и рули туда.

Как ни странно, тупичок Макс нашёл, даже ни разу не заплутав. Он задом направил «газель» в проулок, немного отъехал от дороги и заглушил мотор. Неплохо. Вряд ли кто сюда забредёт по своим делам, а с дороги машину не видно – нас прикрывал высокий забор.

– Ждите. – Я выскочил наружу, вышел на дорогу и огляделся. Память не подвела, крыша нужного мне сруба торчала на соседней улице. Ещё бы хозяин дома был. Стараясь держаться подальше от заборов и не раздражать цепных псов, я миновал несколько домов и свернул на перекрёстке. На улице никого. Надеюсь, в окно никто не палит. Пробираясь по высокой куче мусора и облитого помоями снега, пролез в узкую щель между двумя заборами. Ага, окошко светится. Подняв не шибко запачканный мусором комок смерзшегося снега, я прицелился и метнул в окно. Угодив в раму, он отлетел в сторону. Теперь ждать. Через пару минут на пороге появился хозяин, левой рукой запахнул полу шубы, настороженно огляделся и, пряча за спиной ППШ, направился через огород к забору.

– Кого принесло? – Дуло ППШ уставилось на забор.

– Я это, Слава. – Снятый с предохранителя ПМ был зажат у меня в руке.

– Лёд? – Закинув ППШ за спину, Слава быстро зыркнул по сторонам и расстегнул ширинку. Конспиратор хренов.

– Он самый. – А вот я пистолет убирать не спешил.

– Ты какого ... здесь делаешь? Жить надоело?

– Так получилось. – Я переступил с ноги на ногу. – А что?

– Всех, кто с Патрулём работал, какая-то сука сдала. – Слава закончил свои дела и закурил.

– Ты не с Патрулем, ты с нами работаешь, – отрезал я. С нами – это со мной и с Шуриком Ермоловым. Когда мы одно время таскались на север, то обратно тащили много чего интересного, а часто и незаконного. В Форт с такими вещами соваться не стоит, вот и понадобился человек, через которого это самое незаконное, но от этого не менее ценное можно было сбыть. В этом отношении Слава был незаменим. За соответствующие комиссионные он мог сбыть что угодно. И что характерно, ни разу не подвёл.

– Когда в трудотряд отправят, мне от этого легче будет? Тебя хоть никто не видел?

– Нет. Нам из села убраться нужно, есть варианты? – Слушать его жалобы не было ни времени, ни желания.

– Какие варианты? Менты с рейнджерами спелись, перекрыто всё, – сплюнул Слава. – А после сегодняшнего шухера хоть вообще лавочку закрывай.

– А что случилось?

– А то ты не знаешь. – Слава выкинул «бычок». – Три трупа случилось. Ещё двое тяжёлых в больнице.

– Понятно, – протянул я, скрывая удивление. Что, получается, Ворон выжил? В любом случае из больницы нам его не вытащить, самим бы убраться. – Так ты поможешь?

– Да не могу я! – сорвался парень. – Не могу! Понимаешь?

– Я всё понимаю, но нам из села надо сваливать.

– Сегодня шишку какую-то ждут. На воротах не до досмотров будет. – Слава развернулся и зашагал к дому. – Удачи.

– И на том спасибо. – Я вылез на улицу и зашагал к машине. Если бы не «газель», к воротам нечего было бы и соваться, а так... так хоть какой-то шанс есть. Посмотрим.

– Ну, и как оно? – Ветрицкий отдал «абакан» Максу и залез в «газель». – Удачно?

– Поехали. – Я с грохотом захлопнул дверцу. – Жми к воротам.

Макс вёл машину осторожно, скорость увеличивал, только проезжая перекрёстки, но болтало на разбитых дорогах просто ужасно. Ему-то там хорошо, а мы на лавках, пожалуй, всё себе поотбивали. Перед самим выездом из села дорога улучшилась, но Макс замедлил ход до скорости черепашьего бега. Правильно, ещё не хватало в какие-нибудь сани врезаться.

Пост у ворот напоминал растревоженный муравейник. Как и в суете муравьев, в беготне людей особого смысла заметно не было. Что-то куда-то тащили, где-то протягивали кабель, зачем-то вешали новый прожектор. Работали рейнджеры, а собравшиеся в кучку милиционеры всё это со смаком комментировали и, видимо, тихо радовались, что их работать не заставляют. Да, с размахом готовятся. Неужели того самого полковника ждут?