— Почему? — возмущенно поинтересовался он.

— Судя по всему, она из благородной семьи, а значит, я не могу позволить, чтобы её обжимали солдаты и наемники. Она хоть и в тяжелом положении, но не стоит оскорблять её еще больше, чем есть, — резко осадил его я.

Парень немного смутился, но промолчал.

— Лэрту я тоже не доверю малышку. Репутация у него неподходящая. Ты тоже не подарок, но все же меньшее из имеющихся зол. Вопрос исчерпан. Никаких отговорок я не принимаю, — поставил я его перед фактом.

Не обращая внимания на бурчания парня, я направился к капитану, сообщить, что мы можем ехать. Лагерь, стараясь не сильно шуметь, начал собираться в дорогу. Проверив, что мы ничего не забыли, я проследил, как спящую Нэлю, укутанную словно маленький ребенок, помогли усадить к Эдвину.

Дальше мы ехали медленно и старались не шуметь. Всем было жалко девочку. На лицах у большинства было задумчивое выражение, как будто вспоминали о похожих случаях или о своих близких или детях.

Я же размышлял о том, что опека над этой несчастной девочкой может помочь Эдвину научиться заботиться о ком-то слабом и беззащитном. Он всю свою жизнь только и делал, что принимал заботу от других — слуг, родственников, и позиция опекающего расширит его кругозор. Насколько я помню, в моем прошлом мире, иногда, чтобы научить ответственности, детям дарили щенков или котят. Правда при этом, необходимо было самих детей учить, что и как делать и постоянно следить, чтобы те не навредили, по недомыслию, тому же щенку.

Всю дорогу я ехал рядом с Эдвином и время от времени посматривал на Нэлю, стараясь понять, как она себя чувствует. Девочка спала. В какой-то момент, вспомнив про нашего пострадавшего от собственной невнимательности, я осмотрелся, ища глазами кузнеца.

— Слушай, а где Вакула? Не добила ли его наша воительница, чтобы не мучился? — не заметив парня поблизости, я спросил о нем у Рода.

— Да жив. Что такому сделается? Правда пол-лица сменило окрас, и глаз заплыл, а в остальном совершенно здоров. Он, по совету Тарэна, едет в конце отряда, чтобы не попадать Орре на глаза. Мало ли, вдруг она все еще не в настроении, — с легким смешком сообщил Род.

Отъехав на обочину дороги, я посмотрел в конец нашей колонны. Кузнец и вправду в хвосте околачивался. Успокоившись, я вернулся в строй.

На ближайшей остановке, Вакула подошел ко мне, настороженно оглядываясь по сторонам. Увидев его, я тоже окинул взглядом окружающих. Орры поблизости не наблюдалось. Мы почти синхронно облегченно вздохнули. Добравшись до моей персоны, парень начал многословно извиняться за то, что случайно… нечаянно…

Я чуть не брякнул, что мол, не расстраивайся, все влюбленные плохо замечают окружающий мир, но вовремя остановился. Прервав его словоизлияния тем, что не сержусь, и уже все почти прошло, я понадеялся, что он уйдет, но не угадал.

— Я хотел бы попросить прощения и у Орры, но она так сильно гневается на меня, что мне не хватает решимости, — совсем уж по детски пожаловался здоровяк.

Да уж. Получив такое огромное украшение на пол лица, я бы пожалуй тоже не рискнул набираться решимости, и не только для разговора, но даже и для встречи.

— А от меня то, что ты хочешь? — поинтересовался я, глядя на мнущегося парня.

— Ну-у-у… может, подскажете чего-нибудь? — смущенно и, чуть ли не шепотом, попросил он.

Мда. Специалист из меня еще тот. Тем более, и сам не знаю, что можно порекомендовать в качестве знаков внимания, находясь в лесу.

— Цветы ты ей, что ли, подарил бы, — предложил я, но, вспомнив действия Рэма на подобный совет, тут же добавил:

— Только не просто траву, а действительно цветы. Чем больше сам цветок, тем лучше. Да, к тому же, дари не охапку, а то, что она с ней будет делать, не лошадь же, чтоб сено есть. Всего несколько цветков принеси.

Уже через пол часа увидел, как Вакула, с небольшим пучочком ярких цветов, заходя со спины, приблизился к Орре. Я напрягся, подозревая, что нашему влюбленному сейчас кирдык вполне может наступить, приголубят так, что только подошвами сверкнет. Как ни странно, увидев сунутые почти под нос цветы, Орра замерла, и… ничего не сделала за это парню.

Рядом со мной раздался вздох облегчения. Я с любопытством скосил глаза. Оказалось, что за парочкой наблюдал не только я, но и почти все мои парни, и даже Эдвин с Лэртом, стоящие чуть в стороне, заинтересованно следили за развитием событий.

Никаких физических разборок между Оррой и Вакулой не последовало. Эта парочка так и просидела, почти не двигаясь и не разговаривая между собой, до самого конца привала. С этого момента Вакула ехал все оставшееся путешествие рядом с Оррой.

Горы постепенно перешли в холмы. Только скалистые вершины вдалеке за нашими спинами напоминали о той местности, откуда мы не так давно выехали. И сейчас наш путь проходил все больше вдоль лугов и полей, разбавленных небольшими рощами и оврагами. Была середина лета и все, что не занято под сельскохозяйственные культуры, радовало глаз большим разнообразием цветов. Правда эта красота могла восприниматься только после привалов, когда все отдохнувшие и перекусившие, чувствовали, что жизнь все же не так плоха.