— Вот так всё просто? — нахмурилась Алиса. — Но почему Мерхны сейчас не обращают на нас внимания, и в то же время атакуют наши системы? И та девочка, Лани, вспомни её рассказ. Мерхны бросились на Вузэй без всяких причин.

— Никто не говорил, что всё просто, — покачал головой Тринадцатый. — Это лишь предположения. Например, ящерицы могли сканировать висящего в космосе человека и тем самым привлекли к себе внимание механоидов. Оборудование пилотского скафандра не в состоянии зафиксировать факт сканирования. Или существует некий предел расстояния, при уменьшении которого сканеры Мерхна засекают жизнь или какие-то не отключаемые процессы внутри даже обесточенных кораблей Вузэй. Кроме того, во всех случаях нападения Мерхнов на наши системы мы первыми открывали огонь. Возможно, они лишь защищались. А быть может, тут дело в чём-то другом. Но нас, как видишь, не трогают, и в этом ключ к разгадке, я уверен. Но что именно это означает, я понять пока не могу. Мы что-то упускаем, но вот что? Над этим предстоит подумать.

Он улыбнулся и поцеловал её в щеку. Волосы Алисы вспыхнули ярко-золотым оттенком.

— Потом подумаешь, — она плавно прижалась к нему всем телом, — предлагаю взять небольшой перерыв, раз до нас никому нет дела.

Роскошный водопад её волос внезапно стал белым, словно снег, и голубые глаза сверкнули ярко-зелёным огоньком.

Алиса мягким движением протянула ладошку к мышонку, сгоняя его с могучего плеча.

— Лети, займись чем-нибудь долгим, конкурент! — мелодично засмеялась она.

Чебурашка насмешливо пискнул, и серая пластина, ещё мгновение назад бывшая мохнатым комочком, стремительно взвилась под потолок. Мышонок сделал круг и, отдав команду на открытие дверей, вылетел из помещения. Людям понадобилось погреться друг об друга. Он не против. Даже наоборот, они греются слишком редко. И как Друг при этом умудряется всегда оставаться таким тёплым? Сам Чебурашка считал, что работать над аккумуляцией энергии надо почаще. Вот как он, например — пользуется любым удобным случаем. Конечно, далеко не всякую энергию собирать комфортно, но так как Друг всегда тёплый, эта проблема давно отошла на второй план. Так что пусть греются, а он пока с удовольствием поболтает с актинией. Можно попросить её попереливаться разными цветами, если, конечно, она не спит, а то спросонья у неё это не всегда получается.

В рубке управления Алиса закончила долгий поцелуй и немного отстранилась от Алекса.

— Может, вот так? — снежно-белые волосы вдруг приняли тёмно-каштановый оттенок, и длинные прямые пряди превратились в густые волнистые локоны.

— Тебе не стыдно? Война кругом, — Тринадцатый сделал очень серьёзное лицо.

— Жутко стыдно! — вздохнула Алиса и снова прильнула к нему. Она сделала недовольное лицо и положила ладони ему на грудь. Её ногти приняли оттенок волос, и Алиса легонько поскребла ими чёрную матовую поверхность бронекомбинезона:

— Когда уже ты признаешься мне, как снимается эта штука?

«Русский» висел в системе Мерхна седьмые сутки. За первые три дня крейсеру удалось ещё дважды нырять вместе с механоидами в открывающиеся поблизости точки перехода, и оба раза ситуация повторялась практически один в один. Неизвестная галактика, неизвестный военный флот, неизвестные координаты. Едва лишь «Русский» выходил из точки перехода, корабль Вузэй начинал сканирование крейсера, чем провоцировал немедленную атаку механодов. Ящерицы спасались бегством, открывалась точка перехода, и «Русский» вместе с кораблями Мерхна возвращались обратно.

В системе механоидов хозяева по-прежнему игнорировали одинокий человеческий крейсер. В последующие четыре дня обстановку вполне можно было назвать не изменившейся, если бы не одно отличие. Точки перехода на окраинах системы стали открываться гораздо реже, а время их существования стало настолько коротким, что ни один из маленьких юрких кораблей механоидов не успевал дойти до портала. В конце концов порталы перестали открываться совсем.

Алиса закончила танцевальное занятие и теперь сушила полотенцем волосы после душа. Использовать для этих целей технику она не любила, поэтому огромные полотенца на борту «Русского» водились в изобилии. Алиса отправила в приёмник блока стирки третье полотенце подряд и провела по волосам рукой. Пойдёт. Остальное высохнет само. Она постояла секунду перед открытым платяным шкафом. Соблазн влезть в повседневный комбинезон или во что-то более сексуальное был велик, однако крейсер всё ещё находился в боевой обстановке, и она со вздохом потянулась к замку системы хранения и обслуживания снаряжения. Индикаторы моргнули зелёным, и стена из прозрачной стали скользнула вниз, открывая хозяйке доступ к стойке с гермокомбинезоном. Алиса быстро оделась. Вещество гермокомбинезона, прошедшего стандартное обслуживание и биологическую обработку, ещё хранило лёгкое тепло. Швы заплавились, быстро подгоняя снаряжение по фигуре, и Алиса придирчиво осмотрела своё отражение в зеркале. С отключенным гермошлемом вполне приёмлемо. Она немного подумала и ввела короткую команду в невидимую глазом консоль управления на внутренней стороне левого предплечья. На гермокомбинезоне появилось глубокое декольте. Да, так намного лучше, улыбнулась Алиса и направилась в рубку.

Тринадцатый сидел за пультом управления огнём. На его плече восседал Чебурашка, перед ним на пульте лежали три перевёрнутые кофейные чашки. Алекс ловко переставлял чашки, очень быстро меняя их местами.

Повторив эту процедуру раз восемь-десять, он остановился.

— Где? — коротко спросил он.

— Фьють! — так же коротко пискнул мышонок.

Тринадцатый поднял одну из чашек. Под ней оказался небольшой шарик плазменной гранаты.

— Веселитесь? — поинтересовалась Алиса.

— Угу, — кивнул Алекс.

— Какой счёт?

— Семьдесят девять — шестнадцать в его пользу.

— Сдавайся! — Алиса хихикнула. — У тебя нет шансов, — она подошла к ним поближе. — Как он выигрывает? Успевает проследить за чашкой или чувствует гранату? — Поинтересовалась она.

— Не признаётся, — улыбнулся Тринадцатый. Алиса посмотрела на обзорные экраны.

— Ничего нового? — она перевела взгляд на Тринадцатого, снова увлечённо переставляющего чашки.

— Ничего, — подтвердил Алекс и обратился к мышонку: — Где?