— Да они же у тебя под самым боком, — озадаченно произнёс воин. — Ты можешь ходить туда хоть два раза в день. Бери ребят из охраны и прогуливайся, сколько влезет.

— К сожалению, много не влезет, — расстроено покачал головой Серебряков-младший. — Как говорили Древние, живущий в лесу деревьев не замечает. Объём работы, постоянно требующей пристального внимания, настолько велик, что мне ещё ни разу не удавалось реализовать планы прогулки до колонии летучих мышей, которые я составляю с завидной регулярностью. — Он снова улыбнулся. — Так что я с вами, даже не отговаривайте!

Тринадцатый кивнул. Надо будет отдать приказ спецназу, охраняющему Рос, периодически вытаскивать младшего Серебрякова на такие прогулки. Всё равно патрулирование мышиной колонии осуществляется дважды в сутки, он ввёл такой порядок после нападения на колонию. Однозначно сказать, кого от кого охраняют, было сложно. С одной стороны, мыши могли обитать в очень широком диапазоне внешних условий, так как функции дыхательной системы в их организме играла система энергопотребления. В этом плане учёные сравнивали летучую мышь со своеобразным аккумулятором, способным питаться от любой энергии, вошедшей в контакт с поверхностью мышиного тела. С другой же стороны, естественной средой обитания для колонии был очень высокий радиационный фон, только в этих условиях мыши могли успешно размножаться и выращивать потомство. Кроме того, для роста и восполнения микроэлементов, использующихся для синтеза боевой кислоты, им требовалась пища с высоким содержанием кислот и их производных. Поэтому очень скоро стало ясно, что если не сохранить мышам их естественную среду обитания, колония обречена на вырождение. Нерешённой загадкой пока оставалась и строго ограниченная предельная численность колонии. Достигнув определённого максимума населения, мыши переставали размножаться, и чем это было обусловлено, выяснить пока не удалось. Небольшая группа учёных Аналитического центра, выделенная для работы с мышиной колонией, занималась изучением этих и многих других аспектов, связанных с неожиданно открытым на планете новым разумом.

Первоначально не возникало никаких трудностей. Серебряков-младший запланировал установку энергокупола, накрывающего колонию с прилегающими к ней территориями, чтобы сохранить всю схему биогеоценоза, в которую входила мышиная колония. Автоматика купола была выполнена специально под эту задачу и могла обеспечить кратковременное открытие выходного коридора, соразмерного мышиным габаритам. Сигнал на вход-выход должен был подаваться самими мышами, уровень интеллекта которых позволял им достаточно легко вникать в подобные процедуры. Исследовательская группа ежедневно посещала колонию и проводила научную работу, постепенно налаживая отношения с отдельными особями. Высокая любознательность и жажда познания, свойственные мышам, на первых порах серьёзно облегчили контакт. Это позволяло надеяться на повторение в будущем симбиоза человека с летучей мышью. Простая инъекция крови Чебурашки в обычного человека не давала результата. Бактерии практически мгновенно гибли, даже не совершая попыток симбиоза. Серебряков-младший пришёл к выводу, что предрасположенность бактерий к симбиозу с организмом, отличным от мыши-носителя, напрямую зависит от сигналов мозга донора. Иными словами, бактерии были способны на симбиоз только в том случае, если в этом была заинтересована отдающая свою кровь летучая мышь.

И хотя повторения случаев симбиоза мыши с человеком до сих пор повторить не удалось, некоторые молодые особи колонии уже явно выделяли отдельных учёных группы, демонстрируя им явное дружелюбие. Они позволяли сканировать себя различным оборудованием и с удовольствием посещали Рос, где добровольно оставались для наблюдения до трёх-пяти часов. Следующим шагом планировалось привлечь мышей к сотрудничеству в биохимических исследованиях, особенно большие надежды учёные возлагали на получения согласия мышей на забор анализов крови. Изучение бактерий-симбионтов обещало огромный прорыв в науке, но пока что образцы крови давал только Чебурашка, и делал это крайне неохотно. Нарушать баланс симбионтов противоречило его инстинкту самосохранения, и образцы крови поступали в распоряжение исследовательских лабораторий редко и в крайне малых количествах. Со временем исследовательская группа рассчитывала убедить дружественно настроенных особей в необходимости сотрудничества, и эта проблема была близка к решению.

Однако всё испортило обычное людское скотство. Группа граждан под руководством одного из сотрудников Марсианского университета генетики основала общественную организацию «Совершенство», заявляющую о необходимости обеспечения людей бактериями-симбионтами. Поначалу небольшое, это течение неожиданно получило серьёзную популярность среди неработающей молодёжи. Организация требовала от Совета «скорейшего симбиоза» и обвиняла Тринадцатого в «узурпировании бессмертия», «в умышленном противодействии эволюции» и прочее. Выступления представителей Академии Наук и лично Серебрякова-младшего о невозможности принудительного симбиоза, подкреплённые подробными результатами экспериментов, не возымели эффекта. «Совершенство» объявило эти заявления лживыми, а факты — сфальсифицированными. Оно потребовало организации в колонии летучих мышей принудительного донорства. Когда на одной из пресс-конференций журналисты попросили Тринадцатого задать Чебурашке вопрос, что он думает по этому поводу, Алекс не сразу смог озвучить ответ друга. В конце концов Алекс ответил, что наиболее близкой интерпретацией мышиного мнения будет вращательное движение указательного пальца у виска. Все посмеялись, и о вопросе забыли. Как оказалось впоследствии, зря.

Группа активистов «Совершенства» на тайно собранные членские взносы снарядила экспедицию к мышиной колонии. Транспортный корабль приземлился непосредственно возле неё, и два десятка человек расставили силовые ловушки, оборудованные устройствами теплового нагрева в качестве приманки. После включения нагрева несколько сотен летучих мышей, привыкших к дружелюбию людей, очень быстро заполнили ловушки. В этот момент были включены силовые поля, и мыши оказались в западне. Как впоследствии выяснилось из показаний арестованных участников «Совершенства», организация планировала сделать всем своим членам переливание мышиной крови с целью прививания бактерий-симбионтов. Нападающие не учли тот факт, что мышиная колония является одним большим коллективным резонатором. Едва ловушки захлопнулись, нападающие обнаружили свои истинные намерения. Колония мгновенно оценила степень опасности и атаковала нападающих. То, что осталось от преступников, не сразу удалось опознать как человеческие останки. Колония была оцеплена спецназом до выяснения обстоятельств. Тринадцатый один вошёл в колонию для деактивации ловушек, но мыши больше не проявляли агрессии. Запись с орбиты быстро расставила всё на свои места, «Совершенство» распустили, его членов наказали непродолжительными общественными работами. Совет выпустил закон, официально признающий летучих мышей разумной формой жизни, вследствие чего они попадали под защиту действующих законов. Общественное возмущение, вызванное действиями «Совершенства», со временем улеглось, но вот научные исследования зашли в тупик. Мыши больше не шли на контакт. Они по-прежнему не проявляли агрессии и тепло реагировали на старых знакомых, но со всеми остальными людьми соблюдали абсолютный нейтралитет.

Исследования пришлось приостановить. С тех пор зона колонии была объявлена тщательно охраняемым военным объектом и дважды в день патрулировалась спецназом. Тринадцатый специально ввёл по большому счёту бесполезное патрулирование с обязательным разжиганием костра, рассчитывая со временем восстановить доверие мышей к людям. Так пусть парни берут Серебрякова-младшего с собой, ему будет полезно развеяться, к тому же о его безопасности беспокоиться не приходилось — за охрану всех государственных объектов отвечал Четвёртый. Уж он-то будет только рад присмотреть за сынишкой, главное только запретить заботливому папаше использовать для прогулок небольшую боевую технику вроде крейсера или авианосца.

Из облаков снова вынырнула серая пластина и на неуловимой глазу скорости промчалась над головой. Вслед за ней пришёл образ: вид с высоты мышиного полёта на две маленькие человеческие фигурки, чёрную и серебристую, медленно идущие по ровному пустынному плато, засыпанному плотным слоем пепла и пыли, под воздействием фагобактерии сменившем свой оттенок с грязно-серого на чёрный. Вдали на севере быстро двигалось несколько точек. Тринадцатый посмотрел в указанном направлении, и автоматика бронекомбинезона мгновенно отрегулировала картинку. По поверхности непроходимых зарослей болотных хлябей, грациозно взмывая в воздух на каждом прыжке, стремительно неслась стая медведей со старым знакомцем во главе. Шрам от удара плазменного пистолета почти зарос густой шерстью, но ещё был вполне узнаваем. Вслед за живой двадцатитонной горой мышц неуклюже семенили трое медвежат, шествие замыкала медведица, бдительно оглядывающая окрестности. На Земле стоял конец лета, и детёныши уже неплохо подросли. В мышиной колонии тоже прибавилось молодёжи. При приближении людей стая взвилась в воздух, приветствуя старых друзей, и Тринадцатый плеснул на землю ревущую огнём струю напалма, зажигая ставший уже обязательным ритуалом костёр. Маленькие серые колобки немедленно сгрудились вокруг огня, и два человека некоторое время стояли, молча наблюдая за греющейся стаей. Где-то там, среди тесно сомкнувшихся родичей, делился теплом и впечатлениями Чебурашка.