Звучал язык для всех чужой:

Excelsior!

Горели в окнах огоньки,

К. уюту звали очаги,

Но льды под небом видел он,

И вновь звучало,словно стон:

Excelsior!

«Куда? – в селе сказал старик.-

Там вихрь и стужа, там ледник,

Пред ним, широк, бежит поток».

Но был ответ, как звонкий рог:

Excelsior!

Сказала девушка: «Приди!

Усни, припав, к моей груди!»

В глазах был синий, влажный свет,

Но вздохом прозвучал ответ:

Excelsior!

«Не подходи к сухой сосне!

Страшись лавины в вышине!» -

Прощаясь, крикнул селянин.

Но был ответ ему один:

Excelsior!

На Сен-Бернардский перевал

Он в час заутрени попал,

И хор монахов смолк на миг,

Когда в их гимн ворвался крик:

Excelsior!

Но труп, навеки вмерзший в лед,

Нашла собака через год.

Рука сжимала стяг, застыв,

И тот же был на нем призыв:

Excelsior!

Меж ледяных бездушных скал

Прекрасный, мертвый он лежал,

А с неба, в мир камней и льда

Неслось, как падает звезда:

Excelsior!

Перевод В. Левика

Дня нет уж… За крыльями Ночи

Прозрачная стелется мгла,

Как легкие перья кружатся

Воздушной стезею орла.

Сквозь сети дождя и тумана

По окнам дрожат огоньки,

И сердце не может бороться

С волной набежавшей тоски,

С волною тоски и желанья,

Пусть даже она – не печаль,

Но дальше, чем дождь от тумана,

Тоска от печали едва ль.

Стихов бы теперь понаивней,

Помягче, поглубже огня,

Чтоб эту тоску убаюкать

И думы ушедшего дня,

Не тех грандиозных поэтов,

Носителей громких имен,

Чьи стоны звучат еще эхом

В немых коридорах Времен.

Подобные трубным призывам,

Как парус седой кораблю,

Они наполняют нас бурей,-

А я о покое молю.

Мне надо, чтоб дума поэта

В стихи безудержно лилась,

Как ливни весенние хлынув,

Иль жаркие слезы из глаз,

Поэт же и днем за работой,

И ночью в тревожной тиши,

Всем сердцем бы музыку слушал

Из чутких потемок души…

Биенье тревожное жизни

Смиряется песнью такой,

И сердцу она, как молитва,

Несет благодатный покой.

Но только стихи, дорогая,

Тебе выбирать и читать:

Лишь музыка голоса может

Гармонию строф передать.

Ночь будет певучей и нежной,

А думы, темнившие день,

Бесшумно шатры свои сложат

И в поле растают, как тень.

Перевод И. Анненского

Стрелу из лука я пустил

Не знал я, где она упала;

Напрасно взор за ней следил,

Она мелькнула и пропала.

На ветер песню бросил я:

Звук замер где-то в отдаленьи…

Куда упала песнь моя

Не мог сказать я в то мгновенье.

Немного лет спустя, потом

Стрела нашлась, в сосне у луга,

Свою же песню целиком

Нашел я в теплом сердце друга.

Перевод Д. Михаловского

Прошло полжизни; стерся даже след

Минувших дней. Где юный жар стремленья

Из рифм, из песен, полных вдохновенья,

Дворец воздвигнуть для грядущих лет?

Виной не праздность, не любовь, о нет!

Не беспокойной страсти наслажденья,

Но горести едва ль не от рожденья,

Чреда забот убийственных и бед.

И с полгоры я вижу под собою

Все прошлое, весь этот темный ад,-

В дымах, в огнях мой город, скрытый мглою,