Марк Бернес скончался в субботу, 17 августа 1969 года. По словам очевидцев, за несколько дней до смерти, уже зная свой страшный диагноз, Бернес в бреду слал проклятия в адрес своей первой жены, считая, что именно она заразила его этой болезнью.

Дочь Бернеса Наташа окончила восточный факультет МГУ. Одно время работала в издательстве «Детская литература». Вышла замуж за студента нефтяного института, родила сына, которого в честь деда назвали Марком. Однако брак скоро распался. Через несколько лет Наташа вышла замуж вторично – на этот раз за американца, который был старше ее на 10 лет. Вместе с сыном переехала в США. Но и этот брак не принес ей счастья. Однажды муж привел в дом молодую девицу, и Наташе пришлось уйти. Сейчас она по-прежнему живет в Америке, имеет хорошую работу. А ее сын Марк, отслужив в американской армии по контракту, устроился работать в крупную фирму.

Что касается приемного сына Бернеса, Жана, то жизнь его сложилась куда прозаичней. В октябре 1997 года многие центральные газеты опубликовали сенсационное сообщение о том, что вдова артиста, Л. Бодрова-Бернес, вынуждена судиться с собственным 44-летним сыном Жаном, который претендует на одну из комнат в квартире дома № 1 по Малой Сухаревской. Что же произошло?

А. Новопольцева в «Комсомольской правде» пишет: «По словам плачущей матери, за все 44 года своей жизни Жан работал от силы лет пять. Красивый мальчик, а потом и красивый мужчина, он, оторвавшись от дома, привык жить в квартирах своих жен, которые, в отличие от него, умели зарабатывать деньги. Когда же его последняя (четвертая) жена Ирина потеряла работу, Жан «нашел выход»: предложил матери разменять двухкомнатную квартиру. Имея свой угол, решил Жан, он сможет его сдавать – то есть наконец-то самостоятельно зарабатывать, как «настоящий» мужчина.

– Ну как я могу уехать из этого дома? – сокрушается Лилия Михайловна. – Здесь фотографии, архивы, здесь все осталось так, как было при жизни Марка, сюда приходят его друзья, на подъезде висит мемориальная доска…

Но сын упорно стоит на своем: он не хочет жить в «музее», одна из двух комнат принадлежит ему, и он может делать с ней все, что захочет. Чтобы окончательно утвердиться в своем праве, Жан подал в суд на раздел лицевого счета. «Свою» комнату Жан закрыл на ключ, предварительно выбросив оттуда все вещи родителей вплоть до мебели. В прихожей у него есть свой стенной шкаф: летом он привозит сюда зимние вещи, зимой – летние. В иных случаях он к матери и не заходит.

Как-то после «визита» сына Лилии Михайловне пришлось подать заявление в милицию: в ответ на очередной отказ разменять квартиру Жан разбил матери очки, разбил стеклянный столик, пригрозил разрушить и все остальное в доме, после чего сказал, что она это сделала сама. Так он и написал в отделение милиции (откуда ему самому пришла повестка): «Моя мать психически ненормальна. Сейчас у нее обострение болезни, вот она и крушит у себя в квартире все подряд…»

Сама Л. Бодрова-Бернес признается: «Конечно, я виновата, что он такой. Я не смогла заставить его работать. Физически не смогла».

В январе 2003 года в СМИ появились сообщения, что трагически погибла правнучка Марка Бернеса, а его племянника, Михаила Бернеса, удалось спасти. Трагедия произошла в поселке Водоканал под Самарой. Михаил Бернес жил там в течение многих лет с женой Надеждой Федоровной и внучкой Линой. Однажды ночью из-за короткого замыкания в их коттедже случился пожар. Хозяева проснулись слишком поздно – когда огонь уже отрезал им пути к отступлению. Первыми задохнулись бабушка и внучка. Эта же участь ждала и Михаила, но его спас 17-летний сосед, который по приставной лестнице забрался на второй этаж и вытащил старика наружу.

Лилия Бодрова-Бернес скончалась в 2007 году.

Слава пришла к Боброву во второй половине 40-х, когда он играл в футбольной команде ЦДКА. Играл так фантастично, что посмотреть на игру «Бобра» (так называли его болельщики) люди приезжали аж из других городов. А когда в 46-м в СССР пришла диковинная игра из Канады – хоккей с шайбой, Бобров и здесь не подкачал: только взял в руки клюшку, как тут же стал лучшим игроком страны. Когда в декабре 46-го его ЦДКА поверг на лопатки команду ВВС со счетом 5:3 (при этом три гола забил неутомимый Бобров), с прославленным хоккеистом изъявил желание лично познакомиться сын вождя Василий Сталин (он курировал команду ВВС). В результате Бобров и Сталин подружились: вместе кутили в ресторанах, вместе «ударяли» за девушками. На этой почве происходила масса забавных историй. Вот одна из них, случившаяся в начале 50-х.

Однажды Бобров, лежа с очередной травмой в госпитале, познакомился с девушкой, которая ему очень понравилась. Это была солистка оперетты Татьяна Санина. Она тоже не прочь была сойтись с симпатичным спортсменом, только посетовала, что больничные условия не слишком располагают к интиму. Для Боброва этого признания оказалось достаточно, чтобы начать действовать. Он тут же позвонил своему другу и попросил немедленно привезти в больницу два комплекта военного обмундирования. «Зачем?» – удивился друг. «Так надо!» – ответил ему Бобров, рассчитывая при встрече все рассказать. Друг, прекрасно зная авантюрный характер Всеволода, выполнил все, о чем его попросили.

Читатель наверняка догадался, что военная форма Боброву понадобилась для побега. Вырядившись в нее сам и переодев свою новую знакомую, он беспрепятственно покинул больничные покои. Однако история на этом не закончилась. Не успели беглецы отойти от больницы на приличное расстояние, как на одном из перекрестков их остановил военный патруль. Далее как положено: «Предъявите документы. Нет? Пройдемте в комендатуру». Всеволод попытался было объяснить суровому подполковнику, что он не простой служака, а знаменитый спортсмен Бобров. Но, на его беду, офицер оказался педантом, к тому же на дух не переносившим ни футбол, ни хоккей (были тогда и такие). Короче, Бобров вместе со своей спутницей очутились в разных камерах городской «губы». Но им повезло: комендантом «губы» оказался ярый фанат спорта, для которого имя Всеволода Боброва было чуть ли не свято. Поэтому, едва суровый подполковник удалился, он сделал все, о чем попросил его Бобров: позвонил адъютанту Василия Сталина, а пока тот искал своего шефа, подселил Боброва в камеру к Татьяне. Как гласит легенда, когда Сталин в сопровождении свиты прибыл в комендатуру и ворвался в «темницу», где содержался его лучший друг, тот был в полном неглиже, как и его спутница.