Сын от брака с Валентиной Титовой – Александр – окончил ВГИК и тоже стал режиссером. В 1992 году у него родился сын Стив.

Дочь Елизавета по стопам отца не пошла – она окончила академию танца в Санкт-Петербурге, уехала вскоре в Европу и вышла там замуж за гражданина Греции Адониса. Живет с ним в Париже. В мае 1995 года в интернациональном конкурсе хореографов получила премию как танцовщица за личную интерпретацию – «Prix Volinine».

Валентина Титова прожила с Георгием Рербергом 21 год, вплоть до смерти оператора в 1999 году. В память о своем втором муже Титова сняла фильм.

После смерти Басова между наследниками начались судебные тяжбы. Валентина Титова и дети никак не могли поделить квартиру, гараж и машину актера. Валентина Титова и Елизавета Басова подали иск против Владимира Басова-младшего и Александра Басова. Как утверждает Басов-младший: «Папа обожал Лизу, любил ее больше всех, а она его предала. Титова к тому времени была с отцом давно разведена, но хотела получить все. А по закону наследниками являлись только мы – дети. Бог ей судья. С Лизой я отношений не поддерживаю, а вот с Сашей мы общаемся. Он человек очень сдержанный, но внешне очень похож на отца…»

Первая влюбленность пришла к Баталову в школе – он влюбился… в учительницу. По его словам: «Первая любовь моя была глупая, прекрасная и очень возвышенная. Я учился в школе и был совершенно поражен учительницей, причем не юной девушкой, а взрослой дамой. Она была как греческая богиня – изящная, подтянутая, аккуратная, очень женственная. Совершенно не походила на тогдашних советских учительниц – приземленных, с авоськами в руках. Она была как кинозвезда, сошедшая с экрана. Очень возвышенная! В нашем классе и вообще в школе у нее было очень много поклонников. Все ученики восторгались ею, а учителя за это ее недолюбливали. С моей стороны это была именно романтическая влюбленность…»

В 12 лет Баталов влюбился в свою ровесницу – в дочь художника Константина Рокотова Иру, с которой они были соседями по даче на Клязьме. Как гласит легенда, Баталов сразил девочку в самое сердце тем, что по-явился перед ее очами верхом на белом коне. И хотя в качестве последнего служила старая водовозная кляча, однако для впечатлительной девочки это не имело никакого значения. С тех пор Баталов стал для нее тем самым принцем из сказки.

В 1941 году грянула война, и молодым людям на какое-то время пришлось расстаться: Баталов с мамой уехали в Бугульму. Вернулись они только в 44-м. Спустя несколько дней 16-летний Баталов зашел в гости к своему другу Пете Петрову и встретил у него Иру Рокотову. С этого момента влюбленные больше не расставались, а в 17 лет решили пожениться. Однако из-за юного возраста в ЗАГСе им отказали, но это совершенно не остановило молодых. Они купили обручальное кольцо – одно на двоих – и заявили родителям, что теперь они муж и жена. Как ни странно, но родители отнеслись к заявлению своих чад весьма благосклонно и разрешили им жить вместе. Спустя год у молодоженов родилась девочка Надя. К слову, тесть Баталова, художник Константин Рокотов, оформляя стихи Сергея Михалкова про дядю Степу-милиционера, срисовал этого героя со своего зятя. Он еще шутил при этом: «У тебя, Алексей, ботинки 45-го размера, и у дяди Степы тоже!»

В 1945 году Баталов поступил в Школу-студию МХАТ. Там в него влюбилась однокурсница Элла Позднякова, однако ответить ей взаимностью Баталов не мог – никого, кроме своей Ирины, он в ту пору не замечал.

Между тем в 1953 году Баталов сыграл свою первую крупную роль в кино – рабочего Алексея Журбина в фильме «Большая семья». По сюжету герой Баталова переживал трудную любовь к своей сверстнице. И так уж вышло, что, воплощая сильную любовную драму на съемочной площадке, Баталов не избежал подобного и в реальной жизни. Во время съемок этого фильма (дело было в Ленинграде) он неожиданно влюбился. В те дни в городе на Неве гастролировал цирк, в котором работала 14-летняя цыганская танцовщица Гитана Леонтенко. Эта девушка так понравилась молодому актеру, что он решил во что бы то ни стало с нею познакомиться. Алексей стал выяснять, где расположились на время гастролей циркачи, и вдруг узнал, что живут они в той же гостинице, что и он, – в «Европейской». В ресторане этой гостиницы Баталов и познакомился с Гитаной.

Вспоминает Алексей Баталов: «Период ухаживания у нас был абсолютно не похож на ухаживание нормальных людей. Я не мог похвастать, что купил ей то, это… Все было наоборот. Она была солисткой и получала больше меня. Ее номер находился в бельэтаже «Европейской», а я жил на последнем этаже, в комнате без сортира и с окнами во двор. Поэтому если банкетик устраивали или что-то там праздновали, то это все у них в номере, на их деньги, а не на мои. Такое вот у нас было начало. Не забывайте, что цирк – это своего рода каста. Мне и ей говорили, что мы не пара, что раз она из цирка, то в цирке и должна искать себе супруга, даже угрожали…»

Встречи молодых людей продолжались в течение десяти дней. На одиннадцатый Баталов собрался с духом и признался Гитане, что у него есть семья. Для девушки это стало шоком. Поэтому тогда они расстались и в течение последующих почти пяти лет не встречались. Даже мельком нигде не сталкивались. А в 1958 году Баталов снова объявился: позвонил Гитане и сообщил, что с первой женой развелся. Тут же сделал девушке предложение. А когда та согласилась, немедленно посадил ее в машину и повез знакомиться со своими родителями на Ордынку. Говорят, некоторые из друзей Баталова, узнав о его решении, пытались отговорить его от этого шага: мол, негоже человеку из интеллигентной семьи жениться на циркачке. Но Баталов и слышать ничего не хотел. Тем более что его выбор одобрила сама Анна Ахматова – давний друг их семьи. На свадьбу, которая состоялась в комнатке, снимаемой молодоженами на улице Горького (недалеко от памятника Маяковскому), пришло много гостей: актеры, художники, писатели… Не проигнорировали это событие и родители молодых. К слову, теща замечательно ладила с зятем, даже иной раз отчитывала свою дочь, если та плохо ухаживала за мужем. Например, видя, как неловко Гитана моет супругу голову, теща брала инициативу в свои руки и делала это сама.

Вспоминает Гитана Леонтенко-Баталова: «Моя мама поняла меня и сразу полюбила голубоглазого зятя. Он тоже был к ней очень привязан. Обязательно хотел научить маму русской грамоте. Долго объяснял, когда надо говорить «класть», когда – «положить». После урока она, лукаво улыбаясь, говорила: «Я кладусь спать».

Своей квартиры у нас не было, мы жили в ее однокомнатной и прекрасно ладили друг с другом. А когда мама тяжело заболела, Алеша часами сидел с ней, был неизменно ласков и деликатен…