— Буду у себя в комнате читать книгу.

— Тогда я предлагаю вам более интересный вариант времяпрепровождения. Пойдемте в ресторан?

Анабель изумленно уставилась на него, не веря своим ушам. Тед Уилсоу зовет ее в ресторан после суток знакомства? После того разноса, который она только что учинила ему? Зовет после десяти, поскольку понимает, что Анабель, пока не убедится, что дети спят, и шагу из дома не сделает?

— Я закажу столик в милом и тихом местечке, вы расскажите мне о своих взглядах на воспитание, объясните, почему я плохой отец, и мы чудно проведем вечер.

— Мистер Уилсоу, а почему мы не можем обсудить вопросы воспитания здесь? — поинтересовалась Анабель и тут же осадила себя. Приглашение на свидание — а как это еще назвать? — было именно тем, что ей нужно. Ведь сюда она приехала, чтобы отомстить за Сьюзи. Да, попутно она постарается помочь Фрэнку и Мэри-Энн, но только попутно. Не стоит прикипать сердцем к этим детям, совсем не стоит. — Хорошо, мистер Уилсоу, я пойду с вами, — решилась она.

— Вот и отлично! Кстати, я тут подумал и закрепил за вами Марка.

— Зачем? — удивилась Анабель.

— Мои дети не должны ездить на общественном транспорте.

— А им бы не помешало знакомство с реальной жизнью!

Тед проигнорировал ее выступление:

— Моя гувернантка тоже не должна ездить на автобусе.

От подобной наглости Анабель просто задохнулась.

— Поправка! — сказала она, восстановив дыхание. — Гувернантка ваших детей.

Анабель развернулась и вышла из кабинета Теда, выразительно хлопнув дверью. Он, кажется, так ничего и не понял! Ну что ж, у нее есть еще месяц, чтобы объяснить этому зазнавшемуся павиану, что детей нужно любить, а уж потом воспитывать.

Секунду Анабель постояла в коридоре, раздумывая, куда ей направиться, и пошла в кухню. Ей нужно было с кем-то поговорить, пусть даже с матушкой Ко.

Помещение поразило Анабель своей стерильностью. Все кастрюли и сковородки были вычищены так, что выглядели как новые, и аккуратно расставлены на полках. Поверхности сияли первозданной чистотой, будто это не кухня, а выставочный образец!

— О, моя милая! А я уж вас заждалась! — На пороге неприметной дверки в торце помещения появилась матушка Ко.

— Извините, что я так поздно… — начала Анабель.

— Бросьте! Я же понимаю, как тяжело уложить этих детей. Но, несмотря на все их капризы, они просто прелесть. И, кстати, я уже слышала, как вы вправили им мозги насчет огня в доме. А какие они были красивые к ужину! Я уже склонна думать, что вы просто чудо, мисс Лоуэлл.

— Зовите меня Анабель, — попросила Анабель.

— Тогда перейдем на «ты». Я уверена, мы станем подругами. Честно сказать, тут довольно скучновато вечерами: горничные вертихвостки, а иногда так хочется поговорить с серьезным человеком. Так что можешь не извиняться.

Анабель улыбнулась.

— Пойдем ко мне. Ты когда-нибудь пила чай с виски?

— Не пробовала.

— Нет ничего лучше, чтобы уснуть сном младенца, — авторитетно заявила матушка Ко.

— Но я…

— Не смей отказываться!

Матушка Ко уже затащила Анабель в комнату за кухней и усадила в кресло с кружевными салфетками на подлокотниках. Анабель огляделась и поняла, что все помещение просто устлано салфетками разных форм и размеров.

— Я же говорила, что по вечерам скучно, — пояснила матушка Ко.

Она уже хлопотала возле электрического чайника и заварочного чайника, откуда-то извлекла бисквиты и быстро накрыла стол к чаю. Заговорщически подмигнув Анабель, плеснула в чашки с крепкой заваркой виски — Анабель чуть-чуть, а себе гораздо щедрее. Заметив, какой крепости чай, Анабель поняла, что к нему действительно нужен виски, чтобы потом уснуть.

— Мне неловко спрашивать, но ты живешь одна? — Анабель начала разговор.

— Мой муж — моряк. По полгода в плавании. Дети уже выросли. У нас есть домик недалеко отсюда. Когда муж приходит в отпуск на две недели, я переселяюсь туда. Дети стараются приехать в это же время. А пока никого нет, мне здесь удобнее.

— Сложно так жить? — сочувственно спросила Анабель.

Матушка Ко улыбнулась и пожала плечами.

— Я знала, на что шла, и сама выбрала свою судьбу. Есть и плюсы: мне так и не успели друг другу надоесть. — Она подмигнула Анабель и сделала глоток.

Анабель последовала ее примеру.

— А ты, бедняжка, одна? Анабель улыбнулась краешками губ.

— Одна. Я типичная учительница, синий чулок.

— Не верю! — заявила матушка Ко. — Ты такая красавица!

— Всего три дня. Я только в субботу пошла к парикмахеру, и он сотворил со мной это чудо.