«Не могу я всю жизнь бегать. Не хочу. Не буду. – Не успела мысль сформироваться, как я уже знал, что принял правильное решение. – Пусть случится то, что суждено. От судьбы не уйдешь».

Мысли были холодные, четкие, ясные. Решив все для себя, я застыл в ожидании приговора. Ждать пришлось недолго.

– Чисто сработал?

В вопросе командира слышалось недовольство, но мне ли обращать на это внимание, ведь он только что отменил смертный приговор. Спросил, значит, останусь жив. Скорее всего.

– Все как положено, командир, – я старался говорить, насколько было возможно, бодрым голосом. – Думаю, что всех окрестных мартышек от страха понос пронял. Ну, конечно, только тех, что остались живы после взрыва. А это – Веракрус. Не знал, что прихватить вам в качестве сувенира. Решил остановиться на нем. Он живой, только без сознания.

– Молодец, справился, – в голосе Жано прозвучала не свойственная ему задумчивость. Похоже, он тоже еще не придумал, что со мной делать.

И я решил рискнуть:

– Командир, выслушай меня. Я прекрасно понимаю, что для вас я сейчас как бомба с взведенным механизмом. Знаю также, что, по неписаному закону «псов», если не знаешь, кто перед тобой, лучше убей. Проще, а главное, надежней. Но из любого правила есть исключения. Я – исключение. Я вернулся один раз. Я вернулся второй раз! Не убежал, не струсил – вернулся! Это разве не доказывает, что я свой!? Да, я стал другим, непонятным даже для самого себя! И что, это повод убить меня?! Поставить к стенке вместе с этим садистом и палачом?!

Для большей выразительности я ткнул рукой в неподвижное тело короля Зоны.

– Я же сказал: молодец. Об остальном после поговорим, – сейчас командир говорил твердо и сурово, то есть своим обычным тоном.

«Похоже, пронесло», – с несказанным облегчением подумал я, увидев, что командир сел, поставив автомат между колен и показывая этим, что все вернулось на круги своя. Макс, подойдя ко мне поближе, сел на обломок стены, в тени. Эл, повесив автомат на плечо, подошел к Веракрусу. Минуту рассматривал его, потом лениво попинал ботинком в бок.

– Это тот самый? Лион Вера… как его там? Это он на нас крыс натравил? Ну, ва-аще гад! Командир, может, развлечемся? Шкурку попортим его холеную?

Отступив на шаг, я сел в тень, прямо на землю. Автомат соскользнул с плеча, но я этого даже не заметил. Меня трясло. Голова кружилась. Закрыл глаза. Слова Макса, отвечающего взрывнику, я слышал глухо и искаженно, словно из-за пелены тумана:

– Эл, ты хоть иногда «голо» включаешь? Голову Веракруса оценило правительство, несколько федеральных округов Юга и Севера, а также одна из корпораций. Ты даже не представляешь, насколько дорого. Если мы отсюда выберемся, ты, парень, сможешь не вылезать из борделей год, если не больше.

– Точно?! Вау! Этот урод начинает мне нравиться!

Во рту у меня пересохло. Нашарив флягу на поясе, отвинтив крышку, стал пить крупными, жадными глотками. Вместе с жаждой уходила из головы муть. Почувствовав себя лучше, открыл глаза. И тут же наткнулся на внимательный взгляд командира и прощупывающий Макса. Оба эти взгляда выражали один и тот же вопрос: «Кем ты стал, Дэвид?»

«Кто его знает, парни», – ответил я им мысленно. И это была чистейшая правда.

– Дэв, послушай, а что с твоими штанами? – поинтересовался Макс. – У нормальных людей пятно бывает промеж ног, а у тебя они чуть ли не все по развилку мокрые.

Объяснить, как я оказался в болоте, не удалось, так как я сам толком этого не знал. Мои последующие попытки исправить положение, подойдя к этой проблеме с научной точки зрения, вызвали откровенную скуку на лицах слушателей. Прервав объяснения, я перешел к рассказу о своей схватке с телохранителями, что вызвало живой интерес к моему повествованию. Тут же посыпались вопросы, на которые я еле успевал отвечать, но стоило мне заикнуться о сувенирах, которые хотел прихватить, в разговор влез Эл, до этого молчавший:

– Ну, ты, блин, даешь! Сидел среди богатства и ушами хлопал! Уж я бы там по ящикам пошарил! Так ты ничего не прихватил?! Кого послали, а?! Кого послали?!

Только тут до меня дошло, что все трое собрались вокруг меня и никого нет на посту.

– Что, военное положение отменено, командир? Пост…

– Ты уже совсем, Дэвид… Лакеи Веракруса сейчас другими поисками заняты. Нового хозяина ищут. – Слова Макса все прояснили, хотя я сам мог бы догадаться.

Напряжение уходило, а вместе с ним и силы или, вернее, то, что от них осталось. Веки налились свинцом, язык отказывался говорить, а сам я уже чувствовал, что теряю нить разговора.