Игорь: С балконом.

Ульяна: Жалко, я уже не маленькая, а то в доме можно было б играть в прятки.

Игорь: Наверняка.

Ульяна: А какого цвета будет дом? Я хочу зеленый.

Оля: Ты же любишь желтый?

Переговариваются все тише и тише.

Ульяна: Теперь зеленый.

Оля: А я хочу бледно-голубой и белый.

Ульяна: А камин точно будет? Вы обещали.

Игорь: Камин будет обязательно.

Оля: Камин зимой — даже не верится!

Ульяна (мечтательно): Как в кино.

Игорь (эхом): Как в кино…

Игорь встает, переодевает последнюю рубашку и выходит.

Оля: Летом будут цветы.

Ульяна: Обязательно анютины глазки. Я сама посажу.

Оля: Еще бархатцы красиво. Да любые цветы хорошо.

Ульяна: Но главное всё-таки лестница. С широкими ступенями.

Оля: И широкими перилами.

Ульяна: Ой, а я еще видела в журнале такие подоконники, чтобы на них сидеть и читать.

Оля: Можно подушки положить.

Ульяна: Интересно, а там есть ставни?

Оля: В субботу съездим и посмотрим.

Ульяна: Хорошо бы были.

Оля: Теперь мы купим пианино.

Ульяна: И большой телевизор.

Оля: И большой стол. Овальный.

Ульяна: Круглый.

Оля: Или круглый.

Они еще долго перебирают, что будет в доме.

Их голоса уходят на второй план, потонув в музыке.

На сцене Оля, Ульяна, Михаил, Савёлов и Третий друг. Все в «чеховских» костюмах.

Оля: Варенье домашнее, грушевое. Из нашего сада. Михаил Викторович, вы уже видели наш сад?

Михаил: Как же, видел. Еще вчера, хороший сад, хороший. И от варенья не откажусь.

Ульяна (Третьему другу): И вы берите, присаживайтесь к нам.

Третий друг: Я бы и с удовольствием, но мне доктор не велел сладкое. Я теперь воздерживаюсь.

Ульяна: Как знаете, дело ваше. А мы будем чай пить. Сейчас и блины подадут к чаю.

Третий друг: Пейте-пейте. Пожалуйста, не стесняйтесь меня. Я вот только Игоря Алексеевича подожду. Он скоро будет?

Оля: Должно быть, уже скоро. Он пошел встречать своего старого товарища, вы его помните, тоже доктор. Скоро будут.

Третий друг: Скоро так скоро, подождем. А сад у вас и в самом деле ничего, ничего… Дорожки разбиты. Мне ведь доктор прописал не только в еде воздерживаться, но и всенепременно предпринимать ежедневные прогулки. По два-три часа.

Ульяна: Я тоже люблю прогулки. Бывает, ходишь, ходишь, туда-сюда, туда-сюда. Всё думаешь, думаешь. И появляется в этом какой-то смысл.

Третий друг: Помилуйте, в вашем юном возрасте, Ульяна Игоревна, такие мысли, что б со смыслом?

Ульяна: Вы смеетесь, а, вот господин Савёлов, тот меня поддерживает. Мы с ним сегодня уже весь сад обошли. И собираемся ещё одну прогулку предпринять после обеда.

Михаил: Как же вам не стыдно, милый Савёлов, таскать за собой Ульяну Игоревну? С вами же невыносимо скучно!

Ульяна: Отчего ж. Мне было интересно. Господин Савёлов придумал очень интересную философию.

Савёлов: Её, собственно, не я придумал, а китайцы, еще пять тысяч лет до нашей эры.

Ульяна: Подумать только, пять тысяч лет назад!

Михаил: И откуда только вы знаете, что там у них было? Савёлов-Савёлов, скучный вы человек, всё по своим философиям живёте.

Оля: Ой, что же вы пустой чай пьёте? Вам варенье не понравилось? Может, попросить, чтобы сметаны к блинам принесли?