После этого мы вернулись к Сэму.

— Теперь мы знаем, — сказал негромко Сэм. — Торренс разбил наш отряд, здание контролируют его гвардейцы.

Очень скоро раздался телефонный звонок. Наш лидер некоторое время молча смотрел на аппарат, а затем произнес:

— Похоже, кто-то желает вступить с нами в переговоры.

Этим кем-то оказался сам Торренс. Он подтвердил, что зданием владеют его люди, а также сообщил, что вторжение триффидов остановлено и гвардейцы полностью контролируют обстановку на Манхэттене. После этого Торренс потребовал от нас немедленной и безоговорочной капитуляции.

Сэм посоветовал генералу Филдингу отправиться к дьяволу и положил трубку.

Вскоре Торренс позвонил снова и, скрипя зубами (как я догадывался), предложил более умеренные условия. В том случае, если мы передадим ему Кристину Скофилд, нам предоставлялась возможность беспрепятственно покинуть Нью-Йорк. При этом Торренс специально подчеркнул, что я тоже смогу уйти.

Сэм высказал все, что об этом думает, и снова бросил трубку.

— Не верю я этому мерзавцу, — сказал он. — Торренс обманет сразу, как только мы отсюда выйдем.

— Итак, вариантов у нас, похоже, немного, — глубокомысленно заметил Гэбриэл. — И что же мы будем делать?

— Во-первых, можно сидеть и ждать, зная, что из опасения повредить Кристине Торренс не осмелится на штурм, — сказал Сэм. — Во-вторых, можно сдаться. И в-третьих, можно поискать еще какой-нибудь выход. Итак, леди и джентльмены, — он обвел нас взглядом, — жду ваших предложений.

Сэм Даймс сказал, что особенно торопиться необходимости нет, так как штурмовать девяностый этаж Торренс наверняка не станет. Он захочет потянуть время до тех пор, пока не иссякнут наши ресурсы и воля к сопротивлению. Мы, со своей стороны, не могли оставаться здесь вечно, поэтому, когда Торренс связался с нами в очередной раз, Сэм вступил с ним в переговоры. Так продолжалось до самого вечера.

Около шести часов Керрис подняла руку, требуя тишины, и спросила:

— Вы слышите?

— По-моему, где-то стреляют, — неуверенно произнес Сэм.

— Интересно, кто и в кого? — пробормотал Гэбриэл и, держа автомат на изготовку, направился к лифту.

Мне захотелось составить ему компанию. Я прижал здоровое ухо к двери и услышал в глубине шахты перестрелку. Там, внизу, шел бой. Вначале стрельба велась непрерывно и интенсивно, затем она сменилась отдельными выстрелами и очередями. Еще немного — и внизу воцарилась тишина.

Сэм стоял, склонив голову набок, в ожидании новых выстрелов. Так ничего и не услышав, он спросил:

— Что, черт побери, там происходит?

Ответа на этот риторический вопрос не было, и мы вновь отошли за баррикаду из офисной мебели. Едва мы успели это сделать, как до моего слуха долетел звук зуммера. Я поискал глазами его источник, и оказалось, что звук исходит из деревянной полированной коробки на столике у стены. На коробке поблескивали несколько переключателей.

— Это интерком, — пояснила Керрис. — Кто-то пытается установить с нами контакт по внутренней связи.

— Почему они не хотят воспользоваться обычным телефоном? — с подозрением покосился на хитрый прибор Сэм.

— Вполне вероятно, что телефонная линия не в порядке.

— О'кей. — Сэм приблизился к столику и взял в руки коробку, от которой в стену уходило несколько разноцветных проводов. — Кто знает, как с этой штукой обращаться?

— Позволь мне. — Керрис щелкнула тумблером. Сэм ничего не произнес. Он только молча слушал. Однако никаких звуков, кроме негромкого шипения, прибор не издавал.

— Алло? — наконец сказал наш командир. Голос его, надо признаться, прозвучал не очень уверенно.

— Сакраменто, — произнес незнакомый мужской голос.

Во взгляде Сэма промелькнул лучик надежды. Дав на пароль необходимый отзыв, он спросил:

— Кто говорит?

— Сержант Грегори Кэмпбелл, сэр. Дивизион «Си» морской пехоты «лесовиков», сэр.

— Лейтенант Траскотт с вами?

— Никак нет, сэр. Он только что погиб. Здесь было сражение.

— Доложите ситуацию, сержант.

— Мы сумели перегруппироваться, сэр, мобилизовав все ресурсы. Примерно полчаса назад мы приступили к новому штурму здания.

— Вы удерживаете вестибюль, Кэмпбелл?