Впереди, на фоне предзакатного неба, четко просматривались верхние сегменты корпуса «Нибелунга». Несколько сдвинутых по направляющим керамлитовых плит обнажили порты минометных и лазерных батарей, дистанция до цели составляла не более двухсот метров; Генрих чувствовал, что не промахнется, на него внезапно снизошло ледяное, роковое спокойствие, он смотрел в глаза смерти, а смерть уставилась на него десятками пустых зрачков.

Ладони вспотели.

Молчание лазерных батарей явилось для Вайбера приятной неожиданностью, но все чувства навалились на него лишь спустя пару минут, а в тот миг он думал только об одном – не промахнуться.

Курсовые орудия БПМ плавно довернули на цель, двигаясь как живые в гофрированных бронепластиковых гнездах, и серии ярких, частых, сливающихся в очереди вспышек озарили теснину между скал, ураганный рев отразился от стен ущелья, срывая мелкие осыпи камней. Генриху казалось, что сердце сейчас вырвется из груди, он непроизвольно подался к целевым мониторам, его помутившийся от напряжения взгляд жадно впитывал каждый разрыв, расцветающий на броне штурмового носителя. Время превратилось в тягучий сироп, он видел, как несколько снарядов попали точно в отверстия оружейных портов, взорвавшись внутри боевых отсеков, превратив в изломанное крошево механизмы минометных батарей. Досталось и лазерным комплексам – от обшивки штурмового носителя отлетело несколько крупных фрагментов, затем одна из надстроек внезапно вспухла оранжево-черным шаром, и… все стихло.

– Дик?.. – Вайбер облизал пересохшие губы. – Дик, ты меня слышишь?

– Ну ты даешь… – хрипло и восхищенно отозвался напарник. – Живой?

– Да вроде бы… Думал, успею проскочить между залпами. Немного не рассчитал… Выехал на прямую наводку.

– Особо-то не усердствуй. Наше имущество все-таки.

– Фолер, заткнись! «Нибелунг» пока что не наша собственность, а конкретная угроза.

– Ладно, не злись. Установки верхней полусферы ты повредил. Сейчас я сменю позицию, отсканирую носитель с другого ракурса. Не дергайся пока, лучше сдай чуть назад.

– Разберусь. Следи, чтобы с «Нибелунга» не высадили пехотных сервов. Предупреди, по крайней мере, если заметишь.

– Жди. Остаюсь на связи.

Голос напарника смолк.

Генрих заставил БПМ попятиться. Загнав боевую машину в укрытие за двумя обломками скал, он откинулся в кресле, только сейчас ощутив, как дрожат кончики пальцев, а по спине струится холодный липкий пот.

Черный дым, поднимающийся из-за изгиба ущелья, напоминал, как близко пронеслась смерть.

Штурмовой носитель Альянса, изрядно покалеченный в неведомой битве, потерпевший крушение при вынужденной посадке, все равно внушал неосознанный ужас. Он казался Вайберу мифическим монстром, подчинить которого своей воле – абсолютно безумная затея.

Нервная дрожь понемногу улеглась, но напряжение не отпускало. Если несколько боевых сегментов «Нибелунга», волею случая оказавшихся выше уровня прибрежных скал, едва не разорвали БПМ ураганным огнем, то что говорить об истинной мощи космического корабля? План Фолера уже не казался здравым. Каким образом они взлетят? Просто стартуют под носом боевых систем штурмового носителя? Да чистой воды самоубийство!

– Дик, нам лучше повернуть назад.

– Ты в своем уме, Генрих? Корабль, считай, у нас в руках! Данные сканирования показывают, что дальше по руслу реки можно двигаться без проблем. Уничтоженные тобой установки были единственными, контролирующими интересующее нас направление.

– Даже если мы доберемся до колониального корабля, все равно нам не взлететь.

– Это почему? – искренне удивился Фолер.

– «Нибелунг» нас собьет. Не прикидывайся дурачком!

– Он не сделает ни единого выстрела, – с непонятной уверенностью ответил Фолер. – Вот увидишь.

– Тогда, быть может, ты сам попробуешь поднять корабль? – язвительно поинтересовался Вайбер.

– Могу и сам.

– Дик, ты на самом деле думаешь, что нам позволят взлететь?

– Генрих, включи мозги! – раздраженно ответил напарник. – На борту колониального корабля криогенные модули с офицерами Альянса! Кибернетическая система «Нибелунга» не откроет огонь по своим!

Вайбер промолчал, обдумывая его слова.

Риск, конечно, огромен, но и ставки немаленькие. Тут уж хочешь или не хочешь, а надо выбирать. Смириться со своей участью, протянуть еще пару лет на очищенной воде и безвкусных пищевых брикетах, основой для которых служила вонючая биомасса, выращиваемая в чанах древнего колониального убежища, или хотя бы попытаться изменить судьбу, увезти дочь из этого кошмара…

– Дик, я поверю тебе… – некоторое время спустя произнес Вайбер.

– С чего вдруг? – поддел его Фолер.

– Ты не похож на человека, собравшегося свести счеты с жизнью, – неохотно признал Генрих. – Твой энтузиазм заразителен.

– Я кое-что смыслю в кибернетических системах, – Фолер не скрывал, что доволен решением напарника. – Вот увидишь, мы справимся.

– А как ты собираешься захватить «Нибелунг»? – по спине Вайбера опять скользнула дрожь.

– При помощи технических сервов. Они допущены к обслуживанию носителя, значит, в их памяти содержатся коды доступа к подсистемам «Нибелунга». Без этого никак. Нам придется захватить хотя бы одного серва технической поддержки. На Стелларе мы найдем специалиста, который за деньги покопается в его электронных мозгах и добудет необходимые нам сведения.