– Но ты понял, что нельзя этого делать, и с тех пор больше не нарушаешь. Ты сделал выводы из своих поступков, ты извлек из собственного опыта полезные уроки и теперь с успехом подаешь пример стойкости и выполняешь возложенную на тебя богами задачу. Я же знаю, тебе порой очень хочется нарушить, у тебя прямо все чешется – до того тебе хочется кое-что изменить, но ты терпишь и не поддаешься соблазну. Знаешь, говорят, что самые ревностные католики – это те, кто сначала как следует нагрешил. Вот и с тобой получилось то же самое.

Камень окончательно успокоился и стал ждать Ворона с очередным рассказом.

Лариса оглядела себя в зеркале и осталась вполне довольна своим видом. Фирменные джинсы, из которых выросла Леля, пришлись Ларисе впору по длине, но были слегка тесноваты в бедрах, и это очень нравилось девочке, ей казалось, что в них она выглядит сексуально и аппетитно. Новая блузка, сшитая тетей Любой, шелковая, с массивными подплечниками, предназначалась, конечно, для других случаев и не была рассчитана на потертые джинсы, но Лариса была уверена, что одета просто сногсшибательно. Дополняли наряд крупные пластмассовые серьги-кольца, ярко-красные, никак не вяжущиеся с голубовато-серой блузкой. Ну и что, подумала Лариса, зато модно. Ей очень хотелось выглядеть привлекательно и броско.

На то, чтобы накрасить глаза, у нее ушло минут двадцать, она тщательно рисовала черные стрелки, накладывала тени трех оттенков – посветлее под бровью, самые темные – над внешним уголком глаз, как ее научила тетя Аэлла, подруга тети Любы. Получилось красиво, Лариса даже залюбовалась своей работой.

Теперь самое главное – не пропустить Колю, который к девяти часам поедет в свой институт, у него сегодня последний экзамен. Коля Романов по-прежнему очень нравился девочке, и ей хотелось, чтобы то, что она задумала, непременно получилось.

Ровно в восемь утра она заняла пост возле входной двери в своей квартире и стала вслушиваться в доносящиеся с лестницы звуки. Коля пользовался лифтом, только когда поднимался наверх, вниз он всегда сбегал пешком, и нужно было не пропустить момент.

– Ты чего в прихожей топчешься? – спросила бабушка. – Уходить, что ли, собралась?

– Ну и собралась, – дерзко ответила Лариса.

– И куда это, интересно, ты попрешься в такую рань?

– Не твое дело. Куда надо, туда и попрусь.

– Ишь, вырядилась, – Татьяна Федоровна неодобрительно оглядела внучку. – Кольку, что ль, караулишь?

– Я же сказала: не твое дело, – грубо сказала девочка.

Но Татьяна Федоровна, казалось, не обращала на ее грубость ни малейшего внимания. А чего обращать-то, если Лариска всегда с бабкой так разговаривает? Никакого уважения к старшим.

– Ну так иди уже, если собралась, – равнодушно произнесла она. – Чего стоять-то?

Наверху хлопнула дверь, послышались торопливые шаги. Лариса выждала еще чуть-чуть, ровно столько, сколько понадобится Коле, чтобы поравняться с дверью тридцать четвертой квартиры на втором этаже, и щелкнула замком. Она рассчитала правильно, парень оказался прямо перед ней.

– Привет! – весело сказала она. – Ты куда?

– В институт, – буркнул Коля.

– У тебя сегодня экзамен?

– Ну.

– Боишься? – сочувственно спросила Лариса.

– Вырастешь – узнаешь, – усмехнулся Николаша.

– А хочешь, я тебя провожу? – предложила она.

– С чего это? – удивился Коля.

– А я буду для тебя вместо талисмана. Я приношу удачу, тебе обязательно повезет, если я буду рядом. Давай я поеду с тобой в институт и подожду тебя в коридоре, пока ты будешь сдавать. Вот увидишь, ты обязательно вытащишь билет, который хорошо знаешь.

– Не выдумывай, Ларка, – улыбнулся Коля. – У меня свои талисманы, я только им доверяю. Но все равно спасибо.

Он стал спускаться вниз. Ничего не вышло! А Лариса так рассчитывала, что он возьмет ее с собой и там, в институте, ее увидят его друзья и сокурсники и кто-нибудь обязательно скажет Коле, какую эффектную девчонку тот подцепил. А такие, которые сочтут ее эффектной, непременно найдутся, уж сколько раз проверено. В любой компании за Ларисой Ревенко сразу начинали ухаживать двое-трое парней, лапали за грудь или за ягодицы, двусмысленно причмокивали и зажимали в углу. Невысокая, крепко сбитая, налитая, аппетитная, она нравилась мальчикам, как своим ровесникам, так и постарше, и даже совсем взрослым дядькам. Так что у нее были все шансы произвести впечатление на студентов. Может быть, Коля наконец обратит на нее внимание.

– Ты придешь обедать? – крикнула она ему вслед.

– Не знаю, а что?

– Если придешь – позвони мне.

– Зачем?

– Я поднимусь, покормлю тебя. Разогрею, подам.

– Я что, инвалид, сам пообедать не смогу?

– Так положено. Тетя Люба твоего папу всегда кормит, а он же тоже не инвалид.

– Тетя Люба, между прочим, папина жена. А ты – соседка. Enjoy the difference.

– Чего-чего?

– Я говорю: почувствуйте разницу. Язык надо учить, дитя мое.

Коля убежал, а Лариса вернулась в квартиру.