Хлоя ахнула, ужаснувшись предательскому вмешательству Криспина. Она обвела взглядом зал, ожидая какого-нибудь протеста, возмущения, надеясь, что кто-нибудь остановит этот несправедливый бой. Но никто из мужчин не шелохнулся, и она продолжила напряженно следить за боем. Дэнис в волнении облизывал губы, она поймала его взгляд, хищный и полный азартного предвкушения.

Хьюго отступил назад, вызвав на себя выпад, ответил выпадом в направлении левого плеча Криспина. Затем он ловко уклонился, когда противник сделал ложный выпад. Шпага Криспина внезапно слишком быстро приблизилась к его руке — клинок вспорол ткань рубашки, царапнув кожу. Это был не смертельный удар, однако предупреждение было страшным.

Хлоя едва могла дышать, ей казалось, что ее сердце стучит на всю часовню. Она осмотрелась. Сейчас, похоже, уже больше никто не интересовался ею; все наблюдали за смертельной схваткой. Джаспера оттащили к стене, кто-то пытался остановить ему кровь. Глаза его были закрыты; в гулкой тишине было слышно лишь его затрудненное дыхание и звон клинков.

Хлоя, крадучись, прошла вдоль стены, добралась до странного, покрытого полотном стола, освещенного свечами. Пальцами она погасила пламя одной из свечей и осторожно подняла тяжелый канделябр. Взгляды мужчин по-прежнему были прикованы к сражавшимся.

Она осторожно шагнула вперед. Пот блестел на лбу Хьюго; его лицо казалось маской, выражавшей только два чувства: решимость и изнеможение. Движения обоих мужчин явно замедлились, хотя Криспин продолжал наступать, его превосходство становилось все заметнее.

Сейчас Хьюго чувствовал себя так, как, вероятно, когда-то Стивен: он осознал неизбежность поражения в схватке с более молодым и более сильным мужчиной. Но Криспин не был сильнее, а только моложе и свежее. Хьюго пытался держаться за эту мысль, чтобы окончательно не поддаться разрушительной силе отчаяния и безнадежности. Кровь стучала у него в висках, легким катастрофически не хватало воздуха…

Хлоя спокойным, небрежным движением выставила вперед ногу, задев лодыжку Криспина, когда он сделал полный выпад вперед. Он потерял равновесие и покачнулся, тут Хлоя сильно ударила его канделябром по голове. Криспин упал на пол и замер.

Наступила полная тишина. Внезапно на лестнице появился Самюэль с пистолетами в руках. Он направил оружие на собравшихся и, небрежно кивнув, сказал:

— Господа, на вашем месте я бы не двигался.

Хьюго согнулся пополам, пытаясь восстановить дыхание, пока находившиеся в часовне мужчины, оторопев, переводи ли взгляд с Самюэля на Хлою, все еще стоявшую с канделябром в руке рядом с поверженным Криспином.

— Я убила его? — резко прозвучал в тишине голос Хлои. Хьюго медленно выпрямился.

— Ты не играешь по правилам, девочка, да? — выдохнул он, когда легкие его, наконец наполнились воздухом.

— Я не могла ему позволить убить тебя, — сказала Хлоя. — Надо же, какая подлость!

— Постыдный поступок, согласен, — сухо сказал он, наклоняясь над Криспином и нащупывая пульс у него на шее. — Конечно, один бесчестный поступок заслуживает другого. Но хорошо, по крайней мере, что ты воздержалась от убийства.

— Но он должен быть мертв, — сказала она голосом, который показался ей чужим, и вновь подняла канделябр. — Я его жена, но я предпочла бы быть его вдовой.

Хьюго перехватил ее руку.

— Спокойно, девочка. — Он говорил тихо, но твердо.

— Но ты не понимаешь…

— Нет, понимаю, — перебил он Хлою, подняв ее накидку. — Оденься. — Он обернул накидку вокруг ее плеч и легким поцелуем коснулся ее лба. — Доверься мне, девочка.

Джаспер зашевелился и открыл глаза.

— Латтимер? — Голос его был едва слышен. Хьюго подошел к нему. Он остановился перед своим павшим врагом и произнес медленно и четко:

— Все кончено, Джаспер. Круг замкнулся. Девушка моя.

— И была твоей уже некоторое время, насколько я понимаю. — Кровь потекла из уголка его рта, когда Джаспер попытался ухмыльнуться. — Несмотря на твои праведные речи, Латтимер, ты соблазнил ее. Ты не лучше, чем все мы.

Хьюго замер, лицо его казалось белым в свете свечей, но голос был ровным и тихим.

— Разумеется, ты способен воспринять это только в таком свете, Джаспер, не правда ли? Конечно, для тебя любовь — лишь растление. — Он пожал плечами. — Наконец я разделался с тобой и с твоими… со всей этой клоакой.

Он обвел взглядом собравшихся мужчин, словно пытаясь запомнить каждого, и отвернулся. В этот момент в горле раненого что-то хрипло заклокотало, и голова Джаспера безвольно упала. Хьюго резко обернулся. Его лицо было непроницаемым, когда он смотрел, как пленка смерти затягивала глаза, устремленные к сводчатому потолку часовни. Затем он отвернулся и направился к Хлое. Он взял ее левую руку и сорвал кольцо с изображением змеи. Оно зазвенело, покатившись по каменным плитам, когда Хьюго швырнул его на пол.