– Определенно.

– Ну, вообще-то многие политики таковы. – Пожав плечами, она принялась отгонять осу. – Думаю, это издержки их профессии.

– В случае с мужем Кэролайн это кое-что еще.

– А ты откуда знаешь?

– Знаю, – горестно ответила я.

– Но откуда? – Пауза. – Откуда это тебе известно?

Я глубоко вздохнула перед тем, как ответить.

– Потому что я… знала его раньше.

– Правда? И когда вы с ним встретились впервые?

– Шестнадцать лет назад.

– Когда ты жила в Брайтоне?

Я кивнула и добавила:

– Он там учился.

– А, понимаю, – воскликнула она, широко раскрыв глаза. – Он был твоим парнем, да?

– Вроде того. Признаться, он здорово вскружил мне голову.

– Ничего себе! Да, мир тесен… И конечно, он дурно с тобой обошелся? – спросила она, негодуя и подливая себе шампанского. – Вот гад!

Ее праведный гнев по поводу столь давних событий заставил меня улыбнуться.

– Да, Дейзи, он обошелся со мной очень дурно, но не в том смысле, в каком ты думаешь.

– Что же он сделал? – спросила она, не на шутку заинтригованная.

– Он… сделал нечто… очень… страшное и вовлек меня… С тех пор мне нет покоя…

Подруга смотрела на меня как зачарованная. Я уставилась в землю.

– Ну, что бы там ни было, – услышала я ее голос, – не забывай – тогда тебе только исполнилось шестнадцать. Ты была совсем юной.

– Ты права, – согласилась я со вздохом. – Но когда я вспоминаю об этом, меня переполняет стыд.

Я поставила бокал. У меня заломило в переносице.

– Слушай, ну я уверена, что это не был уж такой дурной поступок. Мы все совершаем поступки, о которых сожалеем, – тактично утешала меня Дейзи. – Глупые, злые поступки. Не изводи себя, Миранда.

Меня как будто кольнули ножом в горло.

– Я себя не извожу. Это действительно был очень дурной поступок. Я бы даже сказала – ужасный. Ужасный. – Мои глаза мгновенно наполнились слезами. – Ты, Дейзи, сказала, что я смелая, но я вовсе не такая. – Я закрыла лицо руками. – Будь я смелой, я бы что-то предприняла уже много лет назад, но я так и не решилась. – Теплая слеза скользнула по моей щеке.

– Но что же случилось? – донесся до меня ласковый голос подруги. – Мне-то ты можешь рассказать.

Я покачала головой:

– Ты начнешь меня презирать, если узнаешь.

– Ни за что, Миранда. Ты моя лучшая подруга.

– Нет, начнешь. Ты осудишь меня. Ты просто не сможешь с этим справиться.

– Обещаю: я не стану осуждать тебя, Миранда, что бы ни случилось. Ты ведь не стала бы меня осуждать?

Я попыталась осушить слезы.

– Никогда я не смогу преодолеть этот ужас, – хрипло проговорила я. – Сознание того, что я причинила кому-то такую боль…

– Ты причинила кому-то боль?

Я кивнула.

– Ты хочешь сказать, физическую боль?

Я снова кивнула.

– Но кому?

– Одному… мальчику, – ответила я. – То есть юноше. Тогда ему было двадцать, и звали его Дэвид.

– А… кто это?

– Я не знаю.

– Ты не знаешь, кто это? Почему?

– Потому что я его никогда не видела.

Дейзи была явно удивлена.

– Ты никогда не видела его, но ты причинила ему боль?

– Да.

– Ничего не понимаю. Несчастный случай?

– Вроде того. Впрочем, нет. Это не назовешь несчастным случаем.

Подруга смотрела на меня так, как будто я разговаривала сама с собой.

– Это было преступление, – прошептала я. Воцарилась тишина, прерываемая только слабым шумом пролетающего вдалеке самолета.

– Преступление? – затаив дыхание, переспросила Дейзи.

Я отвернулась, не в силах выдержать взгляд подруги.

– Понимаешь… – срывающимся голосом продолжила я. – Это ужасно.

– Наркотики? – тихо спросила Дейзи, помолчав с минуту. – Ты дала кому-то наркотики?

– Нет, в такое я никогда не вляпывалась. Очередная пауза.

– Тогда… может, это то, что случилось с моим папой? Да, Миранда? Ты кого-то сбила и скрылась?

– Сбила и скрылась? – эхом повторила я. – Нет. Впрочем, да, произошло нечто подобное… в какой-то степени… хотя и без машины.

Растерянное лицо Дейзи снова расплылось перед моими глазами – еще немного, и я бы разрыдалась.

– Не понимаю, – призналась подруга.

Я вдохнула воздух всей грудью, как будто собираясь нырнуть под воду.