Она заглянула в темные глаза подруги, ища в них понимания.

– Согласна, – коротко ответила Ди. – Это происходит на самом деле. Правила изменили! Нужно приспособиться к ним – и как можно быстрее. Иначе нам не на что рассчитывать.

– Но…

– Никаких «но», Дженни. Знаешь, в чем твоя проблема? Ты слишком много думаешь. Больше не о чем говорить. Надо спасать шкуру.

Ди попала и самую точку. Что бы ни происходило, хочется этого или нет, но это реальность. Хочешь выжить – прими законы происходящего. Дженни хотелось жить.

– Ты права, – вздохнула она. – Значит, приспособимся.

Ди сверкнула белозубой улыбкой.

– Кроме того, все ведь довольно забавно, – сказала она. – Ты не находишь?

Дженни вспомнила Тома, скорчившегося на полу и тщетно пытающегося отпихнуть от себя нечто невидимое для остальных, и опустила голову на переплетенные пальцы.

– Неужели ты вообще ничего не боишься? – спросила она через минуту. – Ты же нарисовала какой-то кошмар.

Ди вертела в руках бисерный браслет из Зимбабве, который взяла с тумбочки.

– Я иногда боюсь маму. Честно, – добавила она. Дженни недоуменно глядела на нее. – Вернее, не ее, а всех этих штук, с которыми она работает в университете, – компьютеров и тому подобное. – Ди отвернулась и стала смотреть в окно.

Дженни тоже бросила взгляд на пестрые дагомейские занавески.

– Ты хочешь сказать, что тебя пугает техника? – спросила Дженни, не веря своим ушам.

– Нет, техника меня не пугает. Просто я люблю иметь дело с чем-то осязаемым. – Ди сжала кулак, и Дженни увидела, как на ее черной руке выступили жилы. Неудивительно, что Ди нравились всякие легенды, она бы органично вписалась в любой героический миф. – Поэтому я и в институт не хочу идти, – сказала Ди. – Я люблю работать руками. Только если это не связно с искусством.

– Эба выпорола бы тебя за такие слова, – засмеялась Дженни. – Зря ты так, голова у тебя работает не хуже, чем руки…

Она замолчала, заметив, что Ди снова отвернулась к окну.

– Ди, скажи, что ты нарисовала? – Дженни только сейчас задала вопрос, который следовало бы задать намного раньше.

– Да так, пустяки…

– Что ты нарисовала?

За окном появились странные красные блики, похожие на отсвет далекого костра. Дженни резко обернулась, услышав потрескивание, и увидела, что из стереосистемы, стоявшей в комнате Ди, повалил дым.

– Что?.. – выдохнула Дженни.

Ди метнулась к окну.

– Что должно произойти? – закричала Дженни, вскакивая на ноги.

Комнату заполнил сильный пульсирующий звук, он сотрясал все, – казалось, кости вибрируют ему в такт. Снаружи, за окном, на фоне красного свечения возник неопознанный летающий объект.

– Ди! – Дженни схватила подругу и попыталась оттащить ее от окна.

НЛО стал гигантским, заслонил собой звезды. Черная громадина, окруженная бледным ореолом, не отражала света. Росшие под окном эвкалипты пригнулись к земле от резких порывов ветра.

– Что это? – вопила Дженни, смутно осознавая, что Ди тоже вцепилась в нее.

Глупый вопрос. НЛО в форме полусферы завис на уровне второго этажа. Шесть нестерпимо ярких лучей вырвались из его днища. Один из них изменил направление и нацелился прямо на них. Ослепленная и парализованная страхом, Дженни услышала звон разбитого стекла, и тут же волосы ее взметнул мощный воздушный поток. Воздух в комнате стал ледяным и словно наэлектризованным. Где-то сзади с полки с грохотом свалился бронзовый поднос. Запахло озоном.

Дженни теряла сознание.

«Я умираю», – решила она.

Невероятным усилием воли девушка повернула голову к Ди, чтобы позвать подругу на помощь. Та застыла, глядя на свет, зрачки ее сузились до размеров булавочного острия. Она ничем не могла помочь ни Дженни, ни самой себе.

«Сопротивляйся», – слабея, подумала Дженни и погрузилась в вязкую черную жижу.

Помещение оказалось круглой формы. Дженни лежала на столе, в точности повторявшем контуры ее тела. Глаза горели и слезились, двигаться не хотелось. С потолка прямо на нее был направлен луч прожектора.