— Меня его меланхолия не пугает, — сказал Джеймс. — Меня пугает его способность творить зло. Чем больше я об этом думаю, Майкл, тем сильнее крепнет во мне уверенность: зря мы его все-таки приняли. Знаю, как чувствуешь себя в подобной ситуации, потому и согласился тогда с вами, точнее, позволил себя уговорить. Допускаю — могу не понимать, что у него творится в душе. Но не так все просто — в той грязной истории. Сомневаюсь, что от нас ему будет какой-то прок, а уж он-то нам может ох как навредить…

— Как бы то ни было, мы его взяли, — сказал Майкл, — и в радости, и в горе он будет с нами, и выставить его мы не можем, особенно теперь, из-за Кэтрин.

— Знаю, знаю, — согласился Джеймс. — В том-то вся и загвоздка. Право слово, хотелось бы мне иметь вашу веру. Знаю, вера в людях, вернее, вера в людей творит чудеса. А здесь только на чудо и можно надеяться. И все же, рассуждая с обыденной точки зрения, я бы Тоби оставил дома. Ведь и на нас тоже, знаете ли, возложена ответственность за него.

— Да ничего с ним не случится, — возразил Майкл. — У него своя голова на плечах. Мне он, кстати, очень понравился, вы были совершенно правы. Такая непорочность его от любой заразы оградит. К тому же он станет много работать и в сторожке-то бывать будет мало, зато поможет завязать контакт с Ником, чего мы никак не можем добиться вот уже столько времени.

Тоби начал потихоньку отступать. Ступив с булыжной отмостки на траву, он бегом припустился к дому. Трава была высокой, приходилось нестись вскачь. Он убеждал себя, что не производит слишком много шума. Домчавшись до площадки, он, переводя дух, перешел на шаг и медленно побрел по гравию, потом поднялся по ступенькам на балкон. В холле и гостиной все еще горел свет и двери были распахнуты, хотя там, похоже, никого не было. Тоби замер на балконе. Его раздирали сомнения. Его выбило из колеи и то, что он подслушал, и то, что он подслушивал. Простоты и умильной чистоты былых представлений о жизни общины как не бывало. Житье в сторожке теперь сильно тревожило его. С другой стороны, он был польщен доверием, которое ему оказывали, и взволнован предчувствием приключений. Мысли его были в полном смятении.

Не успел он пуститься в разного рода предположения, как на балкон легла тень из гостиной и появился Майкл Мид. Тоби ступил в полосу света.

— А, вот ты где! — сказал Майкл. — Извини, что заставили тебя ждать. Сейчас же отправимся в сторожку, если не возражаешь. Чемодан при тебе?

— Он здесь, — ответил Тоби и вытащил его из-за двери.

— Справишься? А то давай возьму за другую ручку.

Они спустились по лестнице, пересекли площадку и двинулись по тропинке меж вязами. Майкл ступал легко, поглядывая искоса на своего спутника.

— Будем переправляться на лодке, — сказал он. — По дамбе мы только в монастырь ходим.

Они ступили на деревянные мостки, шаги их эхом отзывались меж досками и плещущейся водой. Майкл поставил чемодан в лодку. Луна сияла прямо над ними.

— А как вернуть лодку после переправы? — спросил Тоби и поймал себя на том, что говорит еле слышно.

— К носу и корме привязан канат, — ответил Майкл, — он крепится к обоим берегам, так что лодку можно перетягивать с одного берега на другой. Вот сейчас я закреплю канат и можешь прыгать.

Тоби шагнул в качающуюся на воде лодку и сразу сел. Ему смертельно хотелось погрести, но он смолчал. Бездонное ночное небо, усыпанное звездами, лунные блики, громада высящегося позади дома, всплески воды — все это наполнило его душу невыразимым щемящим восторгом.

Майкл ступил в лодку и резко оттолкнул ее от берега, поднял единственное весло, лежавшее на сиденье, вставил его в уключину на корме и умело заработал им. Лодка тихо тронулась и заскользила с легким скрипом по недвижной озерной глади, которая лишь слегка морщилась, пропуская их, — черная, лоснящаяся. Тоби опустил руку в воду. Теплая.

— Все в порядке, Тоби? — спросил Майкл.

— О да! — с неожиданным воодушевлением ответил Тоби на этот ничего не значащий вопрос. Он видел, как Майкл глянул на него сверху, и поймал на его лице тень улыбки. Затем Майкл высвободил весло и бросил его на дно. Лодка мягко ткнулась носом в мостки противоположного берега. Тоби выпрыгнул из лодки, вытащил чемодан. Потом выпрыгнул Майкл, и лодка закачалась на воде.

Поросшая травой дорожка вела прямо, и Тоби смутно различал впереди аллею. Прямо у озера запела какая-то птица. Не соловей.

— Надеюсь, ты не против пожить в сторожке, — заговорил Майкл. — Во время трапез и всех работ будешь с нами, ну и вообще… Джеймс, наверно, все объяснил тебе. Тут только ночевать придется.

— Я вовсе не против, — ответил Тоби. Его начали мучить сомнения: должен он признаться Майклу в том, что подслушал их разговор с Джеймсом, или нет. Может, утаивать это нечестно? Он толком не знал.

Тем временем Майкл продолжал:

— Уверен, ты поладишь с Ником Фоли. Может, он временами покажется букой. У него была тяжелая жизнь. Такое соседство и его приободрит, немного приведет в норму.