Шрифт:
Юмор я всегда любил, так что если это и грабители, то за достойный ответ я, пожалуй, позволю себя ограбить.
На пороге стояла миловидная девушка, строгая и подтянутая, будто математичка в средних классах. Элегантный пиджачок подчеркивал ее отменную фигуру, расклешенные джинсы, как ни странно, ничуть не умаляли красоту ног, и мне оставалось жалеть лишь о том, что в коридоре царил тусклый полумрак, мешавший мне рассмотреть ее лицо.
— Здравствуйте, молодой человек.
— И вам не болеть, — вежливо ответил я моей неожиданной гостье, — С чем пожаловали?
— Скажите, верите ли Вы в Господа нашего, Иисуса Христа?
Так… Приехали… Неподалеку от моего дома располагалась церковь мормонов, которые нередко бродили вот так по домам с подобными вопросами, надеясь обратить кого-нибудь в свою веру. Однажды на точно такой же вопрос я ответил так, что они обходили мою квартиру стороной вот уже почти год. Что ж, придется отшить еще раз. Жаль только, что эта мормонка такая очаровательная…
— Я верую в скорый приход Князя Тьмы!!! — сделав страшное лицо прорычал я, и уже намеревался было захлопнуть дверь перед ее носом, когда девушка, вдруг резко изменив свой мелодичный голосок на суровый бас, пророкотала:
— Ты дождался моего появления, сын мой!
Я чуть не сел задницу прямо тут, в коридоре, а когда вновь сумел поднять глаза, то увидел ее обворожительную улыбку.
— Ты впустишь меня? — спросила она.
За моей спиной вдруг ожили колонки компутера, из которых вместо «Шара цвета хаки» вдруг зазвучало: «Ты стоишь у порога в белом плаще, с черных волос на паркет стекает вода…»
И как это я сразу не заметил, что она вся промокла, а с ее длинных волос скатываются крупные капли воды… И где я, собственно, увидел пиджачок? Какой пиджак в такое время года?! — ноябрь на дворе! Ничего удивительного в том, что она одета в длинный белый плащ…
— Конечно, проходи, — сказал я, отодвигаясь в сторону, — Позволь снять твой плащ?
— Какой плащ? — искренне удивилась моя гостья, встряхивая гривой абсолютно сухих волос, рыжим водопадом скатившихся на ее голубую блузку.
Я протер глаза и на всякий случай ущипнул себя за руку. Не помогло…
— Ты не угостишь меня чаем? — спросила она, проходя на кухню. Я хотел, было, тонко намекнуть ей на то, что войдя в дом неплохо было бы и разуться, но взглянув на ее босые ноги умолк на полуслове. Точно ведь помню, что после джинсов шли невысокие черные сапоги на солидном каблуке. Ведь точно помню!!!
— У меня, собственно, ничего к чаю нет… — пробормотал я, идя следом за ней.
— А и не страшно! — улыбнулась гостья, — Я, ведь, не на угощение пришла, а к тебе.
— Ко мне? — переспросил я.
— К тебе, конечно! Ты что думал, я могу ошибиться? Я всегда прихожу к тем, к кому должна, и ни к кому больше!
— И кто же ты? Ах да, я забыл, Князь Тьмы…
— Да я ж пошутила, дурачок… — улыбнулась она, и залилась звонким смехом, звучавшим как бег ручейка. — Ты же знаешь, что у Дьявола должны быть желтые глаза. Ты что, Айру Левин не читал? «Ребенок Розмари»… [2]
2
«Ребенок Розмари» — знаменитейшая книга Айры Левин, по которой Роман Поланский снял свой не менее знаменитый фильм. По сюжету Розмари забеременела от самого Сатаны и родила очаровательного ребенка с рожками и желтыми глазами.
— А у тебя они как раз зеленые, — в тон ей ответил я, — Ты что, «Девятые врата» не смотрела? Романа Поланского?.. [3]
Она вновь рассмеялась, и я засмеялся вместе с ней, чувствуя, что вся эта анекдотическая ситуация начинает меня забавлять.
— Тогда кто же ты? — спросил я.
— Смерть! — с улыбкой на губах ответила она, и я снова расхохотался.
— Ты, наверное, не ко мне, а к моей кошке, не так ли? Канарейки-то у меня нет… [4]
3
«Девятые врата» — фильм все того же Романа Поланского, на протяжении которого Джонни Депп усердно ищет книгу, которая должна помочь открыть врата в Ад, получив таким образом невиданную силу и могущество. Помогает ему в этом миловидная девушка с зелеными глазами, умеющая летать, знающая все на свете и практически не уязвимая. Поланский не дает прямого ответа на вопрос, кто же она, но сомнений в ее дьявольской сущности не остается.
4
Для тех, кто не знает этого анекдота, если таковые, конечно, имеются. Мужик открывает дверь на звонок, а на пороге стоит Смерть. Маленькая такая, но в плаще с косой, как положено. «Что? Уже?» — испуганно говорит он, — «Да ты не боись, — успокаивает его Смерть, — Я не к тебе, я к твоей канарейке».
— К тебе, к тебе… — уверила меня она, — Я же тебе сказала, я никогда не ошибаюсь. Что, не признал? Ожидал увидеть меня какой-то иной? И наверняка не так рано, да?
— Честно признаться, да, — согласился я, — А как же старуха с изгнившим лицом, капюшон, коса?
Изъеденное проказой лицо с воспаленными, гноящимися губами, глянуло на меня из-под капюшона черного плаща, а острое лезвие косы замерло в опасной близости от моей шеи… Наверное только сейчас я осознал, что действительно не сплю, и все это происходит со мной.
— Верю! Верю! — закричал я, зажмурив глаза, — Только стань прежней.
— Легко!
Передо мной снова сидела ослепительно красивая рыжеволосая девушка, успевшая сменить джинсы на короткую юбочку.
— Значит… ты… Смерть… — пробормотал я, ошарашено наблюдая за тем, как она, так и не дождавшись от меня ухаживаний, сама наливает себе чай.
— Она самая! — ободряюще улыбнулась мне моя гостья.
— И ты пришла за мной?
— Так точно.
— Это… Это всегда бывает так? Ты приходишь ТАК ко всем, или только ко мне… В смысле, к некоторым…