Мак-Грю следовал за ними на расстоянии двух автомобильных корпусов и увидел, как Ник поставил машину на стоянку.

— Давай еще раз объедем квартал, чтобы не вызвать у них подозрений, — сказал Сэм.

— Дельное предложение. — Пит включил сигнал поворота и свернул на боковую улицу. Перед ними оказался старый «понтиак» с одной задней фарой. Он полз как черепаха. Пит прибавил газа, надеясь, что «понтиак» тоже увеличит скорость, но не тут-то было.

— Проклятье! — пробормотал Мак-Грю. — Да быстрее же!

Не было никакой возможности обогнать этот автомобиль.

Ник подождал, как договорились, пять минут. Потом осторожно повернулся к двери. Быстро распахнул ее и, выскользнув из машины, захлопнул дверь. Лампочка на потолке погасла. Ник прошел мимо трех припаркованных машин и подумал, что если Джо следит за ними, то у него не возникнет никаких подозрений — мало ли кто может появиться на стоянке.

Ник оглядел пустую улицу и глубоко вздохнул. Затем отошел от обочины и стал переходить дорогу.

— Держись правее!

Рядом с ним стоял Сэм. Он был бледен; тугой, как барабан, живот выпирал из-под куртки. Надо меньше есть, лысое чучело, мельком подумал Ник и перевел взгляд на Пита.

Голос, внезапно прозвучавший из темноты, заставил Ника вздрогнуть. Он оглянулся и увидел позади себя Пита Мак-Грю.

— Какого черта?! Ты... все-таки следил за нами, да?

— Блестящее наблюдение, — сказал Мак-Грю. — Наблюдение, достойное следователя.

— Ты настоящий прохвост, Пит!

— Кончай, Ник. Мы должны объединиться. Извини меня. — Мак-Грю протянул ему руку в знак примирения.

— Пошел ты к черту!

— Послушай, Ник. — Голос Мак-Грю прозвучал достаточно жестко. — Мы же не в игрушки играем. Где миссис Мак-Эри?

Ник вздрогнул и посмотрел на здание склада на другой стороне улицы. Оно было погружено в темноту... О Боже, там же сейчас Энн. Одна! Он бросился вперед, добежал до середины мостовой и остановился, услышав сигнал «форда-фермонта». Мак-Грю крепко схватил его за ворот.

— Не будь болваном! — Он потащил Ника обратно. — Мы должны знать совершенно точно, как нам действовать. Ошибиться мы не имеем права. — За эту рассудительность Нику захотелось вмазать ему по морде.

— Тебе не понять! — Голос Ника сорвался от ужаса и боли, от сознания того, чем грозят Энн минуты промедления. — Проклятье! Ты же не понимаешь! Она умрет там, пока мы будем раздумывать!

Энн пристально вглядывалась в лицо Джо, удивляясь, куда исчез человек, которого она когда-то любила. От прежнего Джо ничего не осталось. Его глаза налились кровью, стали совершенно дикими. Кожа была бледной, губы дрожали и в тусклом свете казались неестественно красными. Лицо покрывала густая щетина.

— Бэби, милый, — говорила она ему уже в четвертый или пятый раз, — я люблю тебя. Ты должен понять это. Пойдем сейчас со мной, мы всегда будем вместе.

Джо опустил голову и задрожал. Он плакал. Энн подумала, что Джо сломлен и она победила.

— Ложь! Ложь! — закричал он.

Внезапно он поднял голову, слез как не бывало. В лунном свете блеснул скальпель. Энн отшатнулась. Ей показалось, что горло у нее уже перерезано. Она увидела кровь, ноги стали ватными, она опустилась на колени. Кровь струилась из раны и капала на пол.

Энн повалилась на бок. Джо, Джо... Она подняла руки и ощупала шею, теплую и скользкую от крови. Умереть прямо здесь? Как глупо! И все же она возблагодарила судьбу: когда Джо бросился на нее, она отстранилась, и скальпель вошел неглубоко.

Джо перевернул Энн на спину. Она ударилась затылком об пол.

— Ник, где ты? — громко закричала она. Дом начал двигаться и раскачиваться, как лодка на волнах. Джо опустился на колени, быстро наклонился и стал высасывать кровь из ее горла.

— Нет... Боже, нет... — простонала Энн в темноте.

Она взглянула на склонившегося над ней Джо. Его искривленные в ухмылке губы были обведены кровью. Лицо вдруг исказилось, и он в бешенстве сорвал с себя брюки. Она увидела, как он вынул пенис, видела, но ничего не могла сделать. Когда сперма брызнула ей в лицо, он издал звериный рык.

— Хорошо... ах, как хорошо...

Энн уже ничего не воспринимала, не чувствовала, не слышала собственного дыхания, не могла кричать. Каждая мышца ее как бы расплавилась и перестала действовать.

Даже когда Джо полез в карман и достал охотничий нож, она не шелохнулась. Он занес нож над ее головой.