Может быть, другому мужчине и удалось бы добиться этого понимания у моей бывшей супруги. Мне не удалось, и теперь я часто думаю, что наш брак был большой ошибкой, которую я допустил в своей жизни. А может, если бы не война и не мое ранение, мне бы удалось разбудить в ней это чувство понимания. Очевидно, есть предел переживаний для каждой женщины. Для моей предел был установлен несколько ниже, чем для других, и она сорвалась, не выдержав свалившихся на ее голову испытаний.

Иногда мне кажется, что с Ириной у нас могло бы получиться то самое чувство понимания, которое никак не получалось с моей бывшей женой. Но… не судьба. Ее убили отчасти из-за моей небрежности, и теперь я уже не тот человек. Нет, я не стал машиной, нацеленной на удачу. Я просто стал больше человеком, чем все остальные. Более подлым, более изощренным, более безжалостным и жестоким к себе подобным. Эти качества только человеческие, у животных их не бывает.

На следующий день я встречаюсь с заказчиком уже в другом месте. На этот раз я вижу в его глазах любопытство. Кажется, ему интересно, какими методами я буду действовать. Он тоже мыслит по категории «орел—решка», «попал—не попал», «нашел—не нашел». Он не знает, что существует третий вариант, когда монета падает на ребро. А может, знает? И поэтому так внимательно и заинтересованно смотрит на меня, словно спрашивая – действительно ли я намерен добиться успеха?

– Вот его досье. Здесь о нем собрано все, что мы смогли узнать. Включая его вкусы, любимые напитки, еду, друзей, знакомых, даже с кем он ходил в детский сад, – холодно говорит мой заказчик, передавая довольно объемное досье.

– У него есть родители?

– Думаете, он любит маму больше, чем деньги? – хмыкает собеседник. – У него нет родителей. Есть сестра в Средней Азии. Мы проверяли. Он ей ни разу не позвонил.

В «дипломате» лежали и двадцать пять пачек денег, аккуратно упакованных таким образом, чтобы мой чемоданчик закрывался.

– Мне нужно знать еще кое-какие подробности, – говорю заказчику, – кроме того, что написано в этом досье. Мне нужна ваша консультация.

– Я могу вам помочь? – удивляется собеседник.

– Именно вы. Судя по всему, вы достаточно внимательный человек. У меня есть несколько вопросов, на которые я хотел бы получить ответы. Это поможет в моих поисках.

Он кивает, разрешая спрашивать.

– Вы встречались с ним лично? – задаю я первый вопрос, и он снова кивает, ничего не добавив.

– Первое свойство характера, о котором вы подумали? Его первая, главная отличительная черта, на ваш взгляд?

Он чуть задумался. Затем ответил:

– Хитрость, изворотливость. Скользкий тип, очень хитрый.

– Понятно. Теперь следующий вопрос. Как он ведет себя в обстановке опасности? Отступает или нападает, прячется или прикрывается какими-то обстоятельствами?

– Думаю, скорее он уклоняется от прямого столкновения, чтобы обойти и ударить с тыла. Но он достаточно злопамятен.

– Вы указали в досье, где именно вы его искали?

– Конечно. Все страны, города, дома. Как мы искали, почему, где именно. Все там написано. Но досье вы должны мне вернуть.

Это даже больше того, на что я рассчитывал.

– Конечно. Через два дня вам привезут досье. Назовите адрес, куда именно.

Он не спрашивает, кто привезет. Нет, этот тип определенно – профессионал. И я задаю последний, самый важный, вопрос:

– Как вы догадались, что он жив? Подмененный труп еще не доказательство. Может, просто в морге напутали и выдали не того? В прошлый раз вы сказали, что вам удалось вскрыть его могилу?

Мой заказчик достает сигарету, закуривает и неприятно улыбается.

– Ошибки быть не могло. Но, самое главное, после его смерти неизвестный, но очень похожий на него человек появился в Швейцарии и снял деньги, которые принадлежали совсем другим людям. Вы верите в такие случайности?

– Честно говоря, нет, – киваю я, уже понимая, что его подозрения оправданны. А он продолжает: – Мы искали его по всему миру шесть месяцев. Задействовали для этого сотни людей, обращались к частным сыскным агентствам. Его нигде не могут найти. А он нам очень нужен.

– Представляю, – улыбаюсь в ответ, – если вы готовы платить такие деньги. Надеюсь, не придется искать вас, когда вы должны будете заплатить мне оставшуюся сумму? Было бы слишком накладно – искать его и вас.

Какое-то время он недоуменно смотрит на меня, затем, поняв, что я почти слово в слово повторяю слова, которые он мне сказал при расставании в прошлый раз, начинает смеяться. Он смеется так, словно металлом водят по стеклу.

– Мы в расчете, – отсмеявшись, говорит он, блеснув золотым зубом, расположенным в глубине его неприятного рта. Все-таки тонкие губы бывают у очень злых и мстительных людей. – Но можете не волноваться, деньги будут выплачены исправно.

– А я и не волнуюсь. Пока не получу деньги, вы не узнаете адреса того, кого ищете. Конечно, если я его найду.

Он согласно кивает.

– До свидания. – Я забираю свой «дипломат» и ухожу от этого типа. Он либо бывший руководитель профсоюза палачей, либо бывший директор скотобойни. От него физически пахнет кровью. Ведь у крови есть свой, специфический, запах, который может перебить аромат любого французского парфюма. Мне неприятен этот заказчик. Слишком долго находиться в его обществе очень тяжело. Лучше не видеть его лица.