– Да? Каких? – быстро проговорил Урза.

– Первое – у нас есть один древний враг…

– Гоблины? – предположил Урза.

– Нет. Гоблины – угроза, но наши патрули способны легко разделаться с ними. Враг, о котором я говорю, – огнедышащий дракон Герридаригааз, мать нашего чемпиона. Она донимает нас, так как ее сын присоединился к нашему сообществу, – сказал вождь. – Вы должны остановить ее нападки.

– Понятно, – ответил Урза, – А второе условие?

– Второе – предоставьте нам в нашу собственность существо, образец, о котором вы говорите.

Урза долго смотрел на вождя ящериц, стоящего у своего престола, затем взгляд его каменных глаз поднялся к темным балконам, как будто там можно было найти ответ.

– Воистину то, о чем вы просите, – настоящая жертва. Вождь спокойно кивнул:

– У нашего народа жертва ради племени – высочайшая честь.

В словах вождя сквозила мудрость. Урза задумался обо всех жертвах в этой войне. Как всегда, фирексийская угроза затмила все остальное.

– Да, – сказал Урза Мироходец, – вы получите его.

Шеренга толарийских бегунов неслась сквозь рощу, их длинные ноги сверкали, словно мечи. Солнечный свет пробивался сквозь листву. Ведущая машина бежала по оленьей тропе, плавно спускаясь и поднимаясь, пока не достигла вершины, где и остановилась. Остальные построились рядом. Гидроликсы заскулили, когда машины обернулись, осматривая равнину внизу.

На противоположной стороне полей, у кромки Леса Ангелов, передвигались фигуры фирексийцев. Клыки, когти и колючие хвосты сверкали среди зелени деревьев и подлеска. Кожа цвета бледной поганки, узловатые плечи, зубчатая чешуя, колючие гривы, глаза, светящиеся как полуночные звезды…

Это были монстры, претерпевшие мутацию. Некоторые металлические части достались животным в наследство от упавших соколов, длинноногих бегунов и молниеносных пум. Куски металла, вросшие в их плоть, использовались не только как броня, но и являлись знаками боевой доблести, трофеями, снятыми с побежденных и убитых.

Здесь собрались все боеспособные силы острова, чтобы оказать монстрам сопротивление. Бегуны заполонили поля. Пумы спустились с крон деревьев и бежали сквозь высокую траву, растущую до границ Леса Ангелов. Большая фаланга скорпионов составляла основную силу толарийской армии.

Бегуны скрипели, отодвигаясь в сторону, освобождая место вновь прибывшим. Большой бегун, снабженный седлом и пультом управления, прыгнул на свободное место. Его наездница выпрямилась и поднесла загорелую руку к глазам, оглядывая место предстоящего сражения.

– Карн, встань здесь, – бросила через плечо всадница.

Сверкающая фигура, продвигавшаяся по оленьей тропе позади нее, замерла.

– Я не создан для больших скоростей, Джойра, – просто сказал серебряный человек.

Игнорируя его замечание, Джойра проговорила:

– Их главный отряд следует прямо через Лес Ангелов, как сообщили наблюдатели-соколы. Они, должно быть, уже прошли большую часть пути среди пещер на южном краю леса. Лес Ангелов – умеренновременная трещина. Пока наши основные силы ждут здесь, мы проберемся по лесным тропам ко входу в пещеру, где они должны появиться. Мы отрежем им путь к наступлению и нападем с тыла.

– Как шесть бегунов, молодая женщина и серебряный человек справятся с армией фирексийцев? – с сомнением в голосе спросил Карн, позвякивая металлическим корпусом.

Джойра улыбнулась через плечо и направила своего бегуна вперед, вниз по склону.

– Увидишь.

Остальные последовали за ней. Их трехпалые ноги полускользили-полубежали со склона к краю леса, лавируя между большими черными стволами и пробираясь сквозь влажный подлесок. С одной стороны виднелась темная чаша фирексийского ущелья, с другой – светящийся Лес Ангелов, заполненный сотнями медленно волочащих ноги монстров. Впереди простиралась мшистая каменная насыпь, представляющая собой вулканический холм. В этой израненной земле имелись сотни пещер, из которых фирексийские отряды и вторгались в лес.