Обессилив, Урза задрожал. Электричество пронзило каждую клетку его тела. Он больше не мог двигаться. Спазмы и судороги терзали его существо.

Злорадно улыбаясь, Радиант понесла Мироходца мимо сошедшихся насмерть ангелов и соколов вверх, в пронзительные высоты.

– Здесь ты нежеланный гость, Урза. И никогда не был желанным гостем.

Она подбросила беспомощное тело мастера вверх, в надвигающийся поток хаоса. Белая буря поднялась от ее рук, и Урза растворился в небытии. Хаос отделил плоть от костей. Затем ветер рассеялся, и от Урзы Мироходца не осталось и следа.

Довольная, Радиант качнула головой и отряхнула руки.

Внезапно Урза материализовался прямо перед ней. Одной рукой он схватил ее за горло, другая обхватила талию. Он перевернул ее и потащил вниз, обратно к кипящему сражению, к беженцам и осажденному судну. Урза заставил ее внимательно посмотреть на происходящее.

– Взгляни, Радиант. Смотри на тех, кого вы убиваете. Взгляни, во что вы превратились.

– Я знаю, кто я, – прошипела она. – И я знаю, кто ты.

Правительница произнесла серию заклинаний, припасенных на случай крайней опасности. Урза мигом лишился своего преимущества. Пальцы Радиант стали длинными, изогнутыми и острыми, как кинжалы. Она воткнула их в череп Мироходца и вошла в его мозг.

Урза взревел, стараясь усилием воли восстановить разрушенные кости и разорванный мозг.

Пальцы прошли сквозь серое вещество, круша надбровные дуги, и добрались до силовых камней, тысячелетия служивших ему глазами, и чудовищным рывком выдернули их.

Урза мгновенно ослеп и в растерянности вцепился в Радиант, в единственный ориентир, который держал его в воздухе.

Ему нужно излечиться!

Он должен восстановить свою плоть!

Но он не мог этого сделать. Эти драгоценные камни определяли его сущность. Они были причиной Войны Братьев: Камень Мощи и Камень Слабости, они превратились в глаза после взрыва в Арготе, именно тогда он стал Мироходцем. Эти камни были центром как его безумия, так и его могущества.

Умирая – а теперь он действительно умирал, – Урза понял, насколько он похож на Карна. Они оба существовали только благодаря наличию силовых камней в их головах. Камень Мощи и Камень Слабости являлись вместилищем эмоций и интеллекта Урзы. Без них он был ничем.

Радиант знала это. С наслаждением она подняла окровавленные камни над головой, подальше от Урзы, и злорадно засмеялась.

– Гориг рассказал мне о них. Он говорил, что ты такой же, как Ксанча. У нее было фирексийское сердце, а у тебя – фирексийские глаза. Я сказала Горигу, что мне нужно только заглянуть в эти глаза, чтобы понять, что ты безумен, и я права. Да, это мой звездный час, мой триумф. Я нашла фирексийца в своем царстве, Урза. И этот фирексиец – ты.

Она улыбнулась слабой и жестокой улыбкой, но Урза уже не мог этого видеть.

– Я победила, сумасшедший, – проговорила Радиант, глядя на кристаллы. В их окровавленных гранях отражалось кипящее внизу сражение. – Моя работа завершена. Гориг уничтожит ваши силы и наших мятежников, он очистит царство. Это его работа. Он даже захватит ваш корабль. Ради любопытства. А с этими силовыми камнями – глазами Урзы – я восстановлю мои небеса. – Внезапно какая-то новая мысль осенила ее. – Забавно, что ты пробовал уничтожить мой мир, чтобы зарядить силовой камень, но в итоге именно твой силовой камень и спасет нас. – Она посмотрела на бьющегося в агонии Урзу, цепляющегося за нее из последних сил. – Мне нравится говорить тебе правду. Возможно, я возьму тебя с собой. Да, это лучший способ убедиться, что ты умрешь.

Сказав это, она произнесла последнее заклинание и исчезла из разрушающегося поднебесья своей планеты, унося с собой Камень Мощи, Камень Слабости и умирающего Мироходца.

Перед носом «Маяка» грохотала стена абсолютного небытия. Скалы, трава и деревья постепенно превращались в ничто, в пустоту, пожираемую волной хаоса. Позади судна ревела другая стена – орда ангелов, превратившихся в демонов, крушила механических защитников в последнем, безнадежном порыве. Обе стены надвигались, грозя уничтожить воздушный корабль и его пассажиров.

– Больше нет мест! – кричал Терд из люка. Его перепончатая лапа стояла на плече одного из беженцев, настолько был переполнен грузовой отсек.

– Тогда пускай они стоят на палубе, – раздраженно ответила Джойра.

Она подняла третий Факел Души. Им пришлось разломать доски около штурвала, чтобы подобраться к энергопроводу, ведущему к кристаллу. При этом судно вздрагивало, как будто чувствовало на своем теле раны. Глубоко вздохнув, Джойра опустила шипящий факел. Сильно дернувшись, он опустошился, а его наконечник почернел.

– Как теперь? – спросила Джойра в переговорную трубу.

– Лучше, – раздалось в ответ. – Почти достаточно для взлета. Будет тяжеловато. Нам понадобится большая энергетическая мощность, чтобы удержать корабль в воздухе. Сколько еще?

– Еще два, – сказала Джойра, отбрасывая в сторону пустой и поднимая следующий факел.

– Да нет, сколько еще беженцев?

Пока энергия вливалась в трубопровод, Джойра смотрела на почти заполненную палубу и беженцев внизу, стремящихся поскорее взобраться на судно.