Сабрина поняла, что мольбы и просьбы не тронут Дарлингтона. А потому унижаться перед виконтом не имеет никакого смысла. Этот человек признает только силу. Что ж, пусть он ее почувствует!

— Мне нужны деньги, — спокойно и твердо заявила она.

— На новые тряпки и всякую мишуру? — Джек оценивающе посмотрел на дорогое платье Сабрины.

— Если вы действительно джентльмен, верните деньги! Джек отпустил ладонь Сабрины и пробежался кончиками пальцев по ее руке до локтя.

— Я не джентльмен, крошка! Или друзья вам этого еще не говорили?

Сабрина вздрогнула, ибо никак не ожидала, что Дарлингтон станет дотрагиваться до нее, тем более столь бесцеремонно. И все же не отдернула руку…

Внимательно посмотрев на Джека, она сказала:

— Я никогда не слушаю сплетен.

Взгляд виконта несколько смягчился, но жалости в нем по-прежнему не было.

— Иногда к ним полезно прислушаться.

— Если бы я прислушивалась, то, верно, должна была догадаться, что вы — человек, который не любит ни перед кем оставаться в долгу.

— Вы так думаете?

Частая дробь пальцев по ее руке возобновилась. Сабрина поняла, что Джек удивлен. Значит, манера поведения выбрана правильно.

— Вы не хотели бы оказать мне небольшую услугу за эти подаренные фунты? — спросила Сабрина.

— Подаренные?! — воскликнул Дарлингтон, уже не скрывая удивления. — Я ведь просто украл их у вас!

Глаза его превратились в узкие щелки. Сабрина отступила на шаг, и рука виконта соскользнула с ее локтя.

— Я предпочитаю считать их своим подарком вам, милорд. За что жду благодарности в виде небольшого одолжения.

— Какая вы странная! — изумленно воскликнул Джек. — Суметь так заинтриговать меня! На это способна не всякая женщина!

Сабрина посмотрела в его слегка потеплевшие глаза, чувствуя себя стоящей на самом краю глубокой пропасти.

— Значит, вы согласны?

— Меньше всего я склонен оказывать милости за то, чего сам добивался и уже получил. — И он выразительно похлопал себя по карману. — Но все же чего бы вы от меня хотели, если бы я изменил своему правилу и согласился оказать вам услугу?

— Мне нужна ваша помощь.

И прежде чем Сабрина открыла рот, чтобы произнести следующие слова, он приложил свой длинный палец к ее губам.

— Позвольте мне самому догадаться. Жизнь дарила мне мало развлечений, а потому я очень люблю разгадывать трудные загадки и ребусы. Вы ищете моей помощи? Я просто не могу ничего понять… Разве только…

Джек был очень близок к истине. Слишком близок… Он поднял руку и провел ладонью по щеке девушки. От этого прикосновения по всему ее телу пробежала дрожь.

— Ага, вот мы и подошли к главному, — усмехнулся он. Сабрина отступила на шаг. Джек тут же подошел ближе.

Казалось, будто они танцуют медленный танец под аккомпанемент речи виконта.

Сабрина привыкла иметь дело лишь с неопытными провинциальными юношами, которых можно было легко напугать. Этот же мужчина был совершенно не похож на них. И хотя пока еще он не сделал ничего дурного, все же Сабрина чувствовала, что на карту поставлена ее честь.

— Завоевавшие мое сердце дамы могут рассказать вам, что никогда раньше не попадали в столь приятную компанию. И не знавали еще такого искусного мужчину.

Джек понизил голос, сделав его глубоким и загадочным. Слова звучали проникновенно, даже задушевно, а глаза притягивали к себе как магнит.

— Еще они поведают вам о том, что никогда не испытывали такого влечения ни к одному мужчине. И даже вообразить не могли, какое непреодолимое желание он может пробудить в женщине.

— Боюсь, я не совсем понимаю вас, милорд, — невнятно проговорила Сабрина, почувствовав, что ее спина уперлась в стоящий у стены сервант. Дальше отступать было некуда.

— Неужели не понимаете? Удивительно!

Один локон черных волос Сабрины упал ей на плечо около ключицы. Джек протянул руку и, взяв ею двумя пальцами, игриво подбросил.

— Скажите, как вам удалось остаться столь наивней в восемнадцать лет? — спросил он.

— Двадцать — поправила виконта Сабрина.

Она неожиданно закашлялась. Наверное, оттого, что виконт вновь взял локон и принялся щекотать ее шею.

— Ну, пусть будет двадцать, — усмехнулся Дарлингтон. Он наклонился к Сабрине, будто хотел поцеловать. Она стояла неподвижно и, как загипнотизированная, смотрела в его светлые, подчиняющие себе глаза.