— Отнесите его наверх, — сказала она двум матросам, потом повернулась к стоявшему сзади буфетчику: — Мне нужны уксус, бренди и плесневелый хлеб.

— Плесневелый? Но у нас нет…

— Раздобудьте его и побыстрее, — крикнула Катарина. Придерживая юбки, она взбежала по лестнице, полная решимости спасти жизнь человеку, которого она когда-то любила и за которого собиралась выйти замуж.

— Я так и думал, что это вы, — прошептал Хью. Минуло несколько дней, и Катарина только что зашла в комнату. Она улыбнулась, довольная тем, что он пришел в себя и жара больше нет, но она и так уже несколько дней знала, что он будет жить.

— Видимо, людей из рода Бэрри не так просто убить.

Хью наблюдал за ней.

— Сначала, когда я бредил, я подумал, что вы ангел.

Катарина засмеялась, вспомнив, как непотребно вела себя этой ночью.

— Вряд ли можно назвать меня ангелом. Хью не сводил глаз с ее лица.

— Вы вполне могли бы быть ангелом, Кэти. Вы так прекрасны.

Она глядела на него без улыбки.

— Вы очень изменились с тех пор, когда я в последний раз вас видел, — сказал он, со вздохом откидываясь на подушки. — А я все еще слабее новорожденного котенка.

— Верно, — сказала Катарина. — Но вы быстро поправляетесь и через несколько дней уже сможете вставать.

— Как мне благодарить вас, — сказал Хью. — Вы спасли мне жизнь.

— Я заботилась о вас точно так же, как заботилась бы о любом другом. Вам не требуется меня благодарить, — ответила Катарина.

— Может, я придумаю, как это сделать. — Хью испытующе смотрел на нее.

Катарина пожала плечами и вздрогнула, заметив стоящего в дверях Лэма.

Она улыбнулась и сразу подошла к нему. Он обнял ее одной рукой:

— Я никогда не перестану удивляться вам, Кэти.

— Пока вы остаетесь на моем острове, — я прошу только об одном, — спокойно сказал Лэм. Он и Бэрри были в холле одни и сидели в креслах перед очагом. Оба потягивали виски.

— Просите что угодно, — сказал Бэрри, — потому что я обязан вам и Кэти свободой и жизнью.

— Катарина не знает, что я связан с Фитцморисом, и я предпочитаю, чтобы она оставалась в неведении.

Бэрри с удивлением уставился на него:

— Разве она не спрашивала, как я мог оказаться на вашем корабле, к тому же раненый?

— Да, конечно. Я солгал ей. Я сказал, что привез вам припасы на зиму и что на вас напали бандиты. — Лэм без улыбки смотрел в свой бокал.

— И она вам поверила?

— Да, поверила, — ответил Лэм. — Так лучше. Скажи я ей правду, она бы меня не поняла.

— И неудивительно, учитывая, что Фитцморис хочет узурпировать то, что принадлежало ее отцу, — согласился Бэрри.

Катарина застыла у входа в холл. Она слышала каждое слово. Блюдо с мясным пирогом выпало из ее рук. Пирог рассыпался по полу, блюдо с лязгом откатилось в сторону.

Лэм связан с Фитцморисом? Нет, это невозможно!

Мужчины вскочили на ноги. Лэм обернулся и побледнел, увидев стоящую на пороге Катарину.

Не веря своим ушам, Катарина ошарашено уставилась на него.

— Лэм, — хрипло прошептала она, — скажите, что это неправда.

— Я думаю, что вы не поняли, Кэти, — вполголоса сказал он.

— Я слышала ваш разговор с Хью от слова до слова. Каким образом вы связаны с Фитцморисом?

— Дорогая, все совсем не так…

Ее чувства были в смятении: недоверие переросло в ярость и наконец в панику.

— Нет! Скажите мне правду, скажите сами, не то я пойду в поселок и стану расспрашивать каждого матроса, который с вами плавал, о ваших долгих тайных походах!

— Вы не поняли, — настаивал Лэм.

Катарина видела в его глазах страх и отчаяние, и у нее разрывалось сердце. Она обратилась к Бэрри:

— Хью?

Бэрри только широко раскрыл глаза.

— Чем он занимается, Хью?

Когда он не ответил, побледнев больше прежнего, она крикнула:

— Отвечайте, Хью, вы мне обязаны жизнью! Бэрри медленно поднялся на ноги.

— Я и Лэму обязан жизнью, Кэти.

Катарина повернулась к мужу, сжав кулаки. Она чувствовала боль в сердце. Ее охватил беспримерный, всепоглощающий ужас.

— Как я не поняла вас, Лэм? Как?

— Моя поддержка Фитцмориса, — сказал он, — просто уловка.

Катарина уставилась на него. В это мгновение весь ее мир рухнул. Его слова были откровенным признанием вины.

— Значит, вы этого не отрицаете? Вы оказываете помощь злейшему врагу моего отца?

— Катарина… я помогаю ему, но это совсем не то, что вы думаете. Я руководствуюсь интересами вашего отца.