И действительно, с третьей попытки ему удалось подобрать нужный ключ. Открыв замок, Джонни с такой силой выдернул цепь, что одна из винтовок, «ремингтон», вывалилась из гнезда. Он поймал ее, повернулся… и увидел женщину, Мэри, стоявшую у него за спиной. От неожиданности Джонни даже вскрикнул. Сердце остановилось, и Джонни на мгновение показалось, что оно уже не забьется вновь, что он сейчас умрет, падая на труп в шелковой блузе. Потом, слава Богу, сердце застучало опять. И Джонни стукнул кулаком в грудь, повыше левого соска (по когда-то железным, а теперь довольно дряблым мышцам), чтобы показать находящемуся там насосу, кто в доме хозяин.

— Никогда так не делайте, — бросил он Мэри. — Что это на вас нашло?

— Я думала, вы меня слышите. — В ее голосе не было сочувствия. На плече у Мэри висела сумка-мешок, в такие обычно укладывают клюшки для гольфа. Где она ее только взяла. — В стенном шкафу в кабинете главного пожарника тоже труп. Только мужчины.

— Чего ему так не повезло? — Сердце все колотилось, но уже чуть потише.

— Все шутите?

— А что делать, Мэри. Только так можно уберечься от смерти. Сердце-то не новенькое, особенно после стольких мартини. Господи, как же вы меня напугали.

— Я дико извиняюсь, но надо бы поспешить. Коп может вернуться в любую минуту.

— Как же я об этом не подумал. Держите. Только осторожнее. — Джонни протянул ей «ремингтон».

— Осторожнее? Так винтовка заряжена?

— Я даже не помню, как это проверить. Во Вьетнам меня посылала газета в качестве журналиста. Да и было это очень давно. Как стреляют, я видел только на экране. Разберемся с этим позже, хорошо?

Мэри сунула винтовку в мешок.

— Я нашла два фонаря. Оба работают. Один с длинной ручкой. Очень яркий.

— Отлично. — Джонни протянул ей фонарь, который взял из стола начальника городской службы охраны.

— Эта сумка висела на крючке с обратной стороны двери. — Мэри бросила фонарь в сумку. — Начальнику пожарной охраны… если это был он… Одну из клюшек для гольфа ему вогнали в череп. До самого низа. Насадили его на клюшку… словно на вертел.

Джонни снял с подставки еще две винтовки и ружье, потом повернулся к Мэри. Если в ящике рядом с подставкой окажутся патроны, в чем он практически не сомневался, с оружием у них полный порядок: по винтовке или ружью на каждого взрослого. А у мальчишки пусть остается револьвер шерифа. Впрочем, пусть берет что хочет. Пока только Дэвид Карвер доказал на деле, что ему известно, как обращаться с оружием в случае необходимости.

— Жаль, что вам пришлось это увидеть. — Джонни помог Мэри затолкать оружие в сумку-мешок.

Она нетерпеливо мотнула головой, как бы показывая, что дело не в этом.

— Какую надо иметь силу, чтобы сотворить такое? Протолкнуть рукоятку клюшки для гольфа через голову человека, шею, грудь. До самого конца, пока не остался только крюк… как маленькая шапочка.

— Не знаю. Наверное, большую. Но Энтрегьян — здоровяк. С одной стороны, здоровяк, с другой — и ему едва ли хватило бы на это силы.

— Но больше всего меня пугает степень насилия, — продолжала Мэри. — Безумная жестокость. Эта женщина в стенном шкафу… у нее вырваны глаза, не так ли?

— Да.

— Маленькая дочка Карверов… то, что Энтрегьян сделал с Питером… несколько раз выстрелил в живот… Вы понимаете, что я имею в виду?

— Разумеется.

И вы упомянули далеко не все, подумал Джонни. Энтрегьян не просто маньяк-убийца. Он достойный персонаж для книги Брэма Стокера [46] .

Мэри нервно оглянулась, когда особенно сильный порыв ветра потряс здание.

— По-моему, все равно, куда мы отсюда пойдем, главное — не оставаться здесь. Ради Бога, поторопитесь.

— Хорошо, еще тридцать секунд.

Джонни опустился на колени у ног мертвой женщины, ощущая запах крови и духов. Не без труда подобрал нужный ключ, открыл ящик. Интуиция его не подвела. Он достал восемь или девять коробок патронов, подходивших, по его мнению, к отобранному им оружию, и покидал их в сумку-мешок.

— Мне это в жизни не донести, — заметила Мэри.

— Ничего, я донесу.

Однако Джонни даже не смог оторвать сумку от пола, не говоря уж о том, чтобы закинуть лямку на плечо. Если бы эта сука так не испугала меня… подумал он, и тут его разобрал смех.

— Что вас так развеселило? — резко спросила Мэри.

— Ничего. — Он стер с лица улыбку. — Беритесь за лямку. Потащим волоком.

Вместе они потащили сумку-мешок в холл. Мэри не поднимала головы, стараясь смотреть только на торчащие из мешка стволы. Джонни бросил быстрый взгляд на висящие трупы, вспомнив о койотах, которые сидели вдоль дороги в почетном карауле, о стервятниках, смеявшихся в ответ на шутку копа… Хорошо бы прикинуться, что происходит все это во сне, а не наяву. Но нет. В реальности происходящего Джонни убеждал проникающий в ноздри запах его собственного пота, запах крови и духов женщины с вырванными глазами. Здесь происходило что-то такое, во что он не просто не мог поверить, но не мог даже представить себе, что такое возможно, и происходило это не в стране грез, а в реальной жизни.