Узкую койку за ними наполовину скрывали шелковые драпировки. Ахмед 71-й час склонился над кроватью, но при появлении Ангвы оглянулся.

Потом посмотрел на собак, потом, озадаченно, опять на Ангву. А затем, к вящему изумлению Ангвы, уселся на пол прямо перед ней.

— Ну и чья же ты будешь? — поинтересовался он на чистом анк-морпоркском.

Ангва завиляла хвостом. Запахи говорили ей, что на кровати кто-то лежит, но с ним она легко разберется. Когда обладаешь челюстями, с легкостью перекусывающими шеи, чувствуешь себя уверенно практически в любой ситуации.

Ахмед погладил ее по голове. Очень немногие могли похвастаться, что гладили вервольфа и после этого их не кормили до конца жизни с ложечки, но Ангва умела держать себя в лапках.

Встав, Ахмед направился к двери. Было слышно, как он разговаривает с кем-то в коридоре. Вернувшись, он улыбнулся ей.

— Я ухожу, я возвращаюсь…

Открыв шкафчик, он извлек оттуда украшенный драгоценностями собачий ошейник.

— Теперь у тебя будет ошейник. А вот и еда, — добавил он, когда слуга внес несколько мисок. — «Тук-тук, перестук, дай собачке косточку» — я слышал, как детишки в Анк-Морпорке распевают эту песенку, но перестуком, насколько мне известно, называют шар из хряща, который годится только на корм скоту, а уж из какой части животного делают «тук-тук», лучше и не думать…

Перед Ангвой поставили тарелку. Другие собаки оживились, но Ахмед прикрикнул на них, и они затихли.

Еда была… собачьей. В переводе на анк-морпоркский это значило, что такое не кладут даже в сосиски, а есть очень немного вещей, которых счастливый обладатель достаточно большой мясорубки не может засунуть в сосиски.

Маленький человеческий центр внутри ее содрогнулся от отвращения, но у вервольфа при виде любого блестящего от жира предмета с торчащими во все стороны и вкусно подрагивающими жилками сразу течет слюна…

Еда лежала на серебряной тарелке.

Ангва подняла глаза. Ахмед пристально наблюдал за ней.

Ну конечно, благородные собаки живут как короли, ходят в бриллиантовых ошейниках… Это вовсе не значит, что он ДОГАДАЛСЯ…

— Гм, значит, не хотим есть? — участливо осведомился он. — Но твоя пасть утверждает обратное.

Не успела Ангва развернуться и раззявить челюсти, как что-то защелкнулось у нее на шее. Рот заполнила вонючая тряпка, но хуже всего была боль.

— Его высочество предпочитает, чтобы собаки ходили в красивых ошейниках, — сквозь алый туман донеслись до нее слова Ахмеда. — С рубинами, изумрудами… и даже с бриллиантами, госпожа Ангва. — Лицо Ахмеда оказалось на уровне ее глаз. — И в серебряной оправе.

«…Решающим фактором, как многократно подтверждал мой опыт, является НЕ численность войска. Все решает расположение и преданность тех войск, что остались в резерве, умение в нужный момент сконцентрировать силы в одной точке…»

Ваймс добросовестно пытался сконцентрироваться на Тактикусе. Но мешали два отвлекающих фактора. Первый — харя Ахмеда 71-й час. Эта харя ухмылялась с каждой строчки. И второй — часы. Их он прислонил к Бес-органайзеру. Приводимые в действие настоящим часовым механизмом, они работали гораздо надежнее всяких бесов. И никогда не просили есть. Просто тихонько тикали. С ними он мог спокойно позабыть про все назначенные встречи. Просто рай.

Вторая стрелка, завершая минутный круг, как раз приближалась к двенадцати, когда с лестницы донесся звук приближающихся шагов.

— Войди, капитан, — произнес Ваймс. Бес-органайзер сдавленно хихикнул.

Лицо Моркоу было розовее обычного.

— Что-то неладно с Ангвой, — сообщил Ваймс.

С лица капитана разом сошла вся краска.

— Откуда вам это известно?

Ваймс плотно закрыл крышку над хлюпающим от смеха бесенком.

— Назовем это интуицией. Я ведь прав?

— Так точно, сэр! Она поднялась на борт клатчского судна, а потом судно отчалило! И Ангва вместе с ним!

— За каким бесом ее понесло на корабль?

— Мы преследовали Ахмеда! А вел он себя так, словно был не один, а с кем-то еще, сэр. С кем-то очень больным, сэр!

— Он покинул город? Но ведь дипломаты все еще…

Ваймс осекся. Впрочем, согласно принципам Моркоу все было правильно, все было логично. Другой человек, обнаружь он, что его подружку похитили и теперь она на чужеземном судне плывет неизвестно куда, бросился бы в Анк… по крайней мере, побежал бы за кораблем, после чего вспрыгнул бы на борт, где и раздал бы всем по заслугам на чисто демократической основе. В общем, повел бы себя как полный идиот. Тогда как самым разумным было бы известить соответствующие инстанции, и Моркоу…