Зато Айрис пребывала в самом хорошем расположении духа. Едва Рик отворил дверь в харчевню, девушка активно замахала ему руками из дальнего угла.

— Эй, я здесь!

Подволакивая ногу, Рикерт подошел к ней и тяжело опустился на стул. Несколько часов ходьбы разбередили рану, Рик ощущал себя так, будто целый день махал мечом.

Отдышавшись, он вытер со лба пот, откинулся на спинку стула и только затем посмотрел на Айрис. За несколько часов, что они не виделись, девушка разительно преобразилась. Вместо серой грязной и пыльной одежды, в которой она была еще сегодня утром, на ней красовались атласные голубые шаровары, затянутые в изящные сафьяновые сапожки, белая рубашка из тончайшего виссона и бархатный жилет.

Рикерт с трудом удержался от восклицаний. Новенькая одежда Айрис стоила целого состояния, и если бы он беспокоился насчет своего будущего жалованья, ему стоило порадоваться. Хозяйка, похоже, не была стеснена в средствах.

Айрис также успела искупаться, коротко подстричься и даже перекрасить волосы в светло-русый цвет. Но самое главное, девушка сияла так, словно ее объявили наследницей трона Армании. Рикерт ощутил, что ее хорошее настроение невольно передается и ему.

Он улыбнулся, поняв, что сердиться на нее просто не в состоянии.

— Я так рада тебя видеть. — Она подвинула ему блюдо с половиной жареного поросенка и кружку с пивом. — Ешь и пей, пока не помер с голоду или от жажды. На тебе лица нет. Где ты пропадал так долго? Я уж думала, что ты решил бросить меня. Сижу тут полдня, как дура набитая, тебя жду. А ты шляешься невесть где.

Рикерт осушил кружку с пивом.

— Колено… — сказал он и с жадностью набросился на жаркое.

— Как пиво и мясо? Это тебе не та дыра. Ощущаешь разницу? Чего ты молчишь? Как воды в рот набрал.

— Я ем…

— Ну и что? Я тоже ем, и это не причина изображать немого.

Рикерт отложил кусок мяса и увидел ее насмешливый взгляд.

— Что-то случилось? — спросил он. — Ты на себя не похожа.

Она звонко расхохоталась, заставив обернуться половину посетителей харчевни.

— Хорошая шутка, — похвалила она. — Ты ешь-ешь…

— Что тут смешного?

— Не похожа, говоришь? Ты ведь знаешь меня второй день, а говоришь — не похожа.

Рикерт пожал плечами и вновь вернулся к еде. В конце концов, если ей будет что сказать — скажет.

— Ты ведь на самом деле не знаешь, какая я. Так что не советую делать скоропалительных выводов.

— А какая ты, Айрис?

— Я, дорогой мой Рик, разная.

— Хороший ответ.

— Я рада, что тебе понравилось. Тебе ведь так сложно угодить, — усмехнулась она. — Иногда мне даже кажется, что это я поступила к тебе в услужение. Признайся, а ты хотел бы, чтобы я поступила к тебе в услужение?

Рикерт поперхнулся, и Айрис от души треснула его по спине.

— Эй, не вздумай окочуриться! Ты ведь еще и еды своей не отработал.

Он откашлялся и пробормотал:

— Окочуришься тут, ты и мертвого подымешь.

Рикерт уже заканчивал обед, когда по его затылку пробежал холодок. Это ощущение было не слишком острым, но Рика встревожило кое-что другое. А именно то, что подобное происходит с ним уже третий раз за два дня. Первый раз — у перекрестка, второй раз в — трактире «Золотое руно», а третий…

Его размышления были прерваны хриплым басом. Возле стола застыл высокий плечистый наемник, увешанный оружием с головы до пят. От него за версту несло пивом, да и на ногах он стоял не очень-то твердо.

— Слушай, братка, одолжи деваху, а? — прогудел он. — Я тебе золотой дам, лады?

Хотя он и обращался к Рикерту, глаза его так и шарили по девушке. Айрис побагровела, а Рик застыл, лихорадочно соображая, каким образом избежать кровопролития.

— Эй, брат, ты никак оглох?

Айрис растянула в усмешке губы:

— Ты с кем говоришь, обезьяна?

По ее голосу Рик понял, что Айрис уже на грани.

— Что? — Наемник задумчиво пожевал губами, медленно приходя к выводу, что его хотели оскорбить. — Кто? Я?

Не придумав ничего толкового, Рикерт решил действовать наобум и вскочил на ноги.

— Прости, друг. — Он положил руку на плечо верзиле. — Но ты немного ошибся. Она — наемник, такой же, как и ты. А я всего лишь ее слуга.

Взгляд воина перешел с Айрис на Рика, смерив его с головы до пят.

— Хм, слуга, говоришь? Это шутка такая?

— Нет. Я говорю правду.

Какое-то время наемник стоял, пошатываясь и усиленно хмуря брови. Судя по всему, в его голове развернулась нешуточная борьба за здравый смысл, но изрядное количество пива этому сильно препятствовало.