Он посмотрел, как девушка спустилась в каюту, и заговорил со мной.

– Анжело сказал, что я получу бабки, когда мы встретимся.

– Да, – подтвердил я. – Сорок штук до Медельина и Панамы.

– Теперь уже шестьдесят.

– Не жадничай, Винс.

– Я не жадничаю. То, что мы искали вас, в счет не идет. Это по-семейному. Но отсюда до Лимы еще две тысячи километров лёта. А это стоит денег.

– Сколько?

– Еще двадцать.

– Не знаю, понравится ли это дяде Рокко, – заметил я.

– Он сказал, что если я вытащу тебя из этой передряги, то получу премию. Сейчас же я просто покрываю дополнительные расходы.

– Ну ты и ловкач. Ты мне очень напоминаешь моего брата, – рассмеялся я.

Он тоже усмехнулся.

– Ну как, по рукам?

– А разве у меня есть выбор? Парень заулыбался.

– Твой дядя хочет, чтобы ты добрался домой живым.

– Хорошо, – согласился я, – кто платит за самолет от Панамы до Майами?

– Если у тебя есть наличные, я могу все устроить.

– Если я заплачу тебе еще двадцать тысяч, у меня не хватит денег. Я свяжусь с дядей, и он все урегулирует.

– Подходит. Отдашь мне деньги, как только мы взлетим.

В начале седьмого мы были уже над Лимой. Пять с половиной часов на жестком пластиковом сиденье за спиной у пилота не соответствовали моему представлению о комфорте. Но самолет «ДС-3» не был предназначен для перевозки пассажиров. На нем перевозили грузы.

Винс, сидевший в кресле пилота, оглянулся.

– Садимся через полчаса, – сказал он.

– Слава Богу. Вряд ли я выдержал бы на этом сиденье еще один час, – простонал я и потянулся.

Винс ухмыльнулся.

– Да, это не «Боинг-707», что и говорить. Он снова стал серьезным.

– Деньги готовы? – спросил он.

– Готовы.

Во время полета, пока он решал деловые вопросы, я незаметно открыл дипломат и достал шестьдесят тысяч. В портфеле было несколько больших толстых конвертов, и я положил деньги в два из них. Протянув руку ему через плечо, я передал конверты. Он небрежно бросил их в отделение для карт рядом со своим креслом.

– Спасибо.

– Не хочешь пересчитать? Он улыбнулся.

– Мы из одной компании. Я тебе доверяю.

– Спасибо. Не знаю, что бы я без тебя делал.

– Каждый делает свое дело. Не забудь рассказать своему дяде, что я для вас сделал.

– Обязательно.

Мы легко и плавно скользили над горами, постепенно снижаясь. Внизу я уже мог различить крошечный городок.

– Где мы?

– Пролетаем над Уанкавеликой и направляемся к побережью. Если ты посмотришь туда, то сможешь различить Тихий океан.

Я привстал у него за спиной. Впереди расстилалась голубая гладь океана. Я повернулся к Альме, которая сидела рядом.

– Вода переливается, как голубые бриллианты, – сказал я.

– Лучше сядьте на свои места и пристегните ремни. Когда самолет спускается с гор к океану, часто бывает качка. И я не хочу, чтобы вы разбили себе головы в самолете, ведь до сих пор все шло гладко.

Он не шутил. Маленький самолетик начало швырять из стороны в сторону, как листок, падающий с дерева. Под конец, когда меня уже выворачивало наизнанку, самолет вдруг выровнялся, а еще через несколько минут я почувствовал, что шасси коснулись земли.

Как только самолет остановился, Винс распахнул дверь, и мы с Альмой выпрыгнули наружу.

– Господи, – пробормотал я.

– Тебе нужно привыкать.

– Ну уж нет. Лучше я буду летать на больших самолетах.

Он сделал знак второму пилоту.

– Выгружай их вещи.

Потом повернулся к одному из людей, стоявших рядом с ним, и быстро заговорил по-испански. Тот кивнул и побежал к маленькому домику в конце взлетно-посадочной полосы.

– Сейчас он достанет для вас машину и водителя, а для меня пригонит автозаправщик, – заговорил Винс, обращаясь ко мне.

Через пять минут старенький четырехдверный «шевроле» шестьдесят пятого года выпуска остановился перед нами. Человек начал запихивать наши чемоданы в багажник.

Я обернулся к Винсу и протянул ему руку.

– Спасибо.

– Не стоит благодарности. Когда будешь разговаривать со своим дядей, пожалуйста, передай ему мои соболезнования.

– Обязательно.

Он повернулся к Альме и протянул ей руку.

– Ты хорошая девушка. Позаботься о нем. Она кивнула и поцеловала его в щеку.