— Ну?

— Меня зовут Ви.Ай. Варшавски. Мне нужно встретиться с вашей матерью.

— Эту фамилию мне ни за что не повторить, — объявила девица и, повернув голову, крикнула: — Мама! К тебе пришла какая-то дамочка. А я пойду покатаюсь на мотоцикле.

— Терри, этого делать нельзя, — донесся из глубины дома голос Жанин.

Тут Терри переключилась на мать. Уперев руки в боки, она заорала в глубину дома:

— Вот как?! Значит, Полу на яхте кататься можно, а мне даже на мотоцикле нельзя проехаться? Я не собираюсь сидеть тут целый день и разговаривать с тобой и с бабушкой!

— Очень мило, — сказала я. — Кто это тебя научил так разговаривать с родителями? Журнал «Космополитэн» или фильм «Даллас»?

Девица обрушила свой гнев на меня:

— А вы не суйте свой нос куда не просят! Мать вон там, в комнате. — Она ткнула пальцем в сторону гостиной и выскочила на улицу.

В коридоре появилась пожилая дама с аккуратно подкрашенными волосами.

— О Господи, Терри все-таки ушла? Вы, должно быть, подруга Жанин? Пойдемте, моя дочь в гостиной, очень мило, что вы зашли.

У рта пожилой дамы собралась сеть морщинок, но светлые глаза напоминали глаза ее дочери. Старушка была одета в бежевое платье с длинными рукавами — хоть и со вкусом, но куда дешевле, чем одевалась ее дочь.

Я проследовала за старушкой мимо бледно-голубой гостиной в ту самую комнату, где мы с Жанин на прошлой неделе столь плодотворно беседовали.

— Жанин, милочка, к тебе пришли, — объявила старая дама.

Вдова Филлипса сидела в кресле, возле окна, откуда открывался вид на озеро Мичиган. На лице был обычный слой косметики, поэтому с первого взгляда трудно было определить, насколько ее потрясла смерть мужа.

Напротив нее, подобрав под себя ноги, сидела в кресле Пейдж Каррингтон, владелица «Ауди-5000». Увидев меня, она с грохотом опустила чашку на стеклянный кофейный столик слева от нее. Впервые я увидела, чтобы она вела себя столь неграциозно.

— Я сразу узнала ваш «ауди», — заметила я.

— Вик! — Ее голос перешел в крик. — Это невыносимо! Вы что, повсюду за мной следите?

Жанин тут же сказала:

— Нет-нет, мне сегодня не до вас. Ни на какие вопросы отвечать не буду. У меня... у меня вчера погиб муж.

Пейдж обернулась к ней:

— Она и к тебе приставала?

— Да. Приходила на прошлой неделе и задала кучу вопросов. Что-то такое про жизнь жен руководящего состава крупных корпораций. А с тобой она о чем говорила?

— О моей личной жизни. — Медовые глаза Пейдж настороженно смотрели на меня.

— Нет, Пейдж, я за вами не следила. Мне нужна миссис Филлипс. Но до вас я тоже доберусь — очень интересно, кто платит за вашу квартиру. Жилище в таком местечке обходится долларов в семьсот-восемьсот, не считая выплат по закладным.

Лицо Пейдж побелело под гримом, а глаза, наоборот, потемнели.

— Надеюсь, вы шутите, Вик. Если вы от меня не отстанете, я обращусь в полицию.

— А я к вам и не пристаю. Как я уже сказала, мне нужна миссис Филлипс... Давайте поговорим с вами наедине, миссис Филлипс.

— О чем? — удивилась Жанин. — Я на прошлой неделе ответила на все ваши вопросы. А сейчас мне не до пустой болтовни.

— Вот именно, милочка, — сказала мамаша и обернулась ко мне. — Почему бы вам не уйти? Моя дочь устала. Гибель мужа была для нее огромным шоком.

— Могу себе представить, — вежливо кивнула я. — Надеюсь, страховка у него выплачена.

Жанин разинула рот, а Пейдж вскинулась:

— Поразительно вульгарное замечание, даже для вас.

Я решила игнорировать балерину.

— Миссис Филлипс, вынуждена признаться, что на прошлой неделе я ввела вас в заблуждение. Я вовсе не работаю в исследовательском центре. Я детектив и пыталась выяснить, кто пытался убить меня две недели назад. Подозреваю, что это был ваш муж. — У Жанин отвисла челюсть. — Расследование показало, что мистер Филлипс помимо зарплаты имел весьма существенный источник дохода, — продолжила я. — Об этом я и хотела бы поговорить с вами лично. Если вы, конечно, не хотите, чтобы слышали ваша мать и мисс Каррингтон.

И тут Жанин сломалась.

— Он обещал, что никто никогда об этом не узнает! — Брызнувшие у нее из глаз слезы проложили глубокие борозды в косметике.

Мать бросилась к своей дочке и стала вытирать ей лицо салфеткой, одновременно с этим советуя дать волю чувствам и как следует поплакать.

Я стояла не двигаясь.

— Мне кажется, лучше продолжить этот разговор наедине. У вас найдется еще одна комната?

— О чем вы говорите? — возмутилась ее мать. — Клейтон получал очень приличную зарплату. Пять лет назад, когда его сделали вице-президентом, они с Жанин купили этот чудесный дом.