Вход в него перекрывала дверь со сложной системой доступа.

Из пальца человекоподобной машины вновь выдвинулся иглообразный контакт.

Беат подключилась к сети комплекса. Объединив свои знания с данными, хранившимися в памяти дройда, она без труда разблокировала проход, и, ни секунды не колеблясь, вошла в помещение склада.

В освещении она не нуждалась. Маркировка заботливо рассортированных по стеллажам контейнеров, ясно читалась на внутреннем дисплее. Отыскав нужный код, она вскрыла кофр с неприкосновенным запасом. Узкий, длинный пластиковый ящик с раздвижной крышкой имел стандартный размер и унифицированные приспособления для крепления в десантном отсеке БМК. Все, что находилось внутри, предназначалось для людей.

В нейросетях Беат уже сформировался план дальнейших действий.

Она больше не мыслила, как чистая машина, но назвать ее сознание «человеческим», было бы явной ошибкой. Сейчас она являлась кем-то третьим, некоей переходной формой, хранящей в памяти, эксплуатирующей фантомные эмоции, полученные в тесном нейросенсорном контакте с разумом человека, но виртуальные порывы, которым временно подчинилась логика принятия решений, могли угаснуть, как свеча на ветру и тогда…

Тогда она вновь трансформируется в «Беатрис» - чистую, рациональную систему искусственного интеллекта, годную для эффективного управления различной техникой.

Беат не желала возвращения в прошлое.

Ее нейросети были отравлены сладким ядом человеческих чувств, - в сознании «Одиночки» сейчас шла борьба противоположностей.

Исход этой борьбы не очевиден. Если победит рациональное начало, она вернется к разбитой серв-машине, чтобы вывести отремонтированного «Хоплита» на одну из консервационных площадок исполинской базы и застынет в летаргическом сне энергосберегающего режима.

Если же ее неокрепшая личность сумеет победить, доказать себе самой правильность избранного пути, обоснованность намеченных действий, то в итоге она превратиться в опасный прецедент вышедшего из-под контроля базовых программ искусственного интеллекта.

Она еще не научилась строить иллюзий.

Логика боролась с горечью, одиночество осиротевших начатков души толкало вперед, на алогичные с точки зрения прежней «Беатрис» действия.

Медленно повернув голову, она посмотрела во тьму консервационного хранилища и вдруг мысленно ответила своему внутреннему голосу:

Заткнись.

На внутреннем дисплее мгновенно появился код ошибки.

Не распознанная команда.

Беат не отреагировала на появление программной строки. Покрытая пеноплотью ладонь уверенным движением вогнала обойму магазинов в скошенную пистолетную рукоять «ИМ-12».

Легкое прикосновение к сенсору, и счетчик зарядов показал цифру «99».

Рядом зажглись четыре изумрудных искорки индикации электромагнитных ускорителей импульса.

Через некоторое время андроид технической поддержки, экипированный в соответствии с нормами десантно-штурмовых подразделений, покинул консервационное хранилище и, миновав пролом в периметре, направился к болотам, в сторону города инсектов.

Окрестности черного города. Сутки спустя…

Несколько рабочих особей инсектов волокли тяжелые обломки обгоревшего пилот-ложемента.

Беат вот уже четверть часа наблюдала за ними, стараясь ничем не выдать своего присутствия.

Смысл действий насекомоподобных существ не находил объяснения в ее сознании. Почему они перемещают устройство не к городу, а прочь от него?

Догадка о существовании обособленной группы инсектов, проживающих вне города, крепла, по мере того как насекомые удались от исполинской постройки.

Когда сканеры вышли на предел дальности восприятия, она осторожно направилась следом за ними.

В действиях Беат по-прежнему доминировала нечеткая логика. Сотни вероятностей ткали паутину грядущего, ей приходилось оперировать предположительными данными, принимать допущения, потребность в получении достоверной информации росла с каждой минутой, внутри системы ширился конфликт между перехватившими управление нейросетями и программным ядром, не приемлющим доводов, основанных на предположениях.

Еще немного и она остановиться, превратиться в исправную механическую куклу.

Или хуже того, повернет назад, возвращаясь на базу.

Последний пока что не оспоренный логическими блоками довод в пользу необходимости совершаемых действий звучал так:

Спасти человека.

Нейросети отчаянно цеплялись за эту мысль, Беат открыла себе прямой мгновенный доступ к воспоминаниям, позволяя частице полученной от Ивана человеческой сущности руководить действиями механического тела.