– А я был уверен, что Стин жив и в безопасности, и только поэтому рискнул вернуться на Фиору. Тем самым я совершил ошибку, - вздыхает Григ.
– Меня ударили исподтишка, сзади. Очнулся я с пробитой головой в грузовом отсеке лайдера, связанный, как кровяная колбаса. А рядом со мной валялся избитый до полусмерти пулеметчик…

– Лонг?
– вырывается у меня.

– Лонг, - подтверждает Григ.
– Он пытался защитить меня от своих же, но в результате едва не погиб сам. Вот так я и попал в плен.

Некоторое время царит молчание, а потом я спрашиваю:

– Григ, а ты можешь как-то почувствовать, Лонг сейчас настоящий или его все-таки подменили? У вас же с ним был один раз ментальный контакт, там, на Фиоре, когда ты рассказал ему про подземелье в руинах.

– Что-то такое и впрямь было, - соглашается Григ, - но контактом я бы это не назвал. Он человек, не маоли, и не способен на ментальный контакт. А что до остального… Возможно, если я пообщаюсь с ним лично, то почувствую. А так, через тебя - нет.

– Ладно, тогда ты, Стин. Ты со своим опытом разведчика наверняка можешь с ходу вычислить, кто из окружающих меня людей Паук.

– Да со мной та же петрушка. Я же не вижу людей вживую. Я воспринимаю их опосредованно, через твое сознание. Так что я могу только предполагать.

– Ну, так предполагай!
– требую я.

– Давай попробуем, - говорит Стин.
– Вернемся к началу… Как я уже говорил, Паук обязан был внедрить в твое окружение своего человека, который бы страховал и контролировал тебя. Но, зная характер Паука, я почти уверен, что такое дело он не доверил оперативнику, а занялся этим лично. Итак, примем как факт, что Паук сам вошел в твое окружение. Но под чьей личиной?

– Вот и я о том же.
– С тревогой смотрю на часы. 11-11. Дьявол! Минуты уходят, как вода в песок!

Стин чувствует мое нетерпение, и невольно начинает говорить быстрее:

– Ответ очевиден: под личиной человека, которому ты сможешь полностью доверять. А кто годится на эту роль лучше, чем гонщик? Но из "Отвязных Стрельцов" никого заменять было нельзя, ведь на трассе ты легко вычислил бы его. А вот БЫВШИЙ гонщик подходил как нельзя лучше. С одной стороны он был для тебя своим, а с другой, ты не мог проверить его на трассе.

– Бывший гонщик? Ты имеешь в виду Дика?
– уточняю я.

– Да, - подтверждает Стин.
– Я почти уверен, что Паук еще перед началом операции занял место Дика… или Лонга.

– За Лонга не скажу, а Дик поначалу был самый настоящий. Ведь я, как ты говоришь, проверил его на трассе. Дик дал мне кучу всяких полезных советов по поводу Ночной Гонки, рассказал, как лучше проходить ее. А такое знать мог только тот, кто сам не раз хаживал по ней.

– Ты ошибаешься. Дик при тебе не выходил на трассу. Он дал советы, то есть рассказал теорию. Наверняка трассу и соперников предварительно просчитали на компьютере и составили рекомендации, которые Дик и изложил тебе. Но одно дело рассказать, как надо проходить трассу, и совсем другое пройти ее самому. Как говорят на одной веселой курортной планете, это две большие разницы.

Стин делает паузу, чтобы я мог обдумать услышанное, а потом продолжает:

– Есть и еще кое-что. Мне во всей этой истории не давал покоя гипноизлучатель. Ну, понятно, прежде всего, он нужен был для того, чтобы покрепче привязать тебя к Ирэн…

– Ты намекаешь, что мне ВНУШИЛИ, будто я люблю ее?!

– Такие сеансы с тобой наверняка проводились и не раз, - подтверждает Стин.
– Но в них было не слишком много проку. Ты маоли, пусть и ущербный, и ты практически не поддаешься гипнозу. Нет, я имел в виду другое. Тебя заставили почувствовать ответственность за Ирэн. Заставили бороться за ее жизнь, рискуя своей. То есть выработали в тебе "синдром спасителя", и тем самым многократно усилили твою, возникшую после секса, симпатию к ней. К тому же Ирэн наверняка полностью отвечает твоим подсознательным представлениям об идеальной спутнице жизни. Ты достаточно смазлив, относительно богат и довольно знаменит, так что наверняка в эффектных развязных красотках у тебя недостатка нет. Ты уже пресытился ими, для тебя они стали все на одно лицо. Девушки на одну ночь, без продолжений и обещаний. Их много, и они "не то". И вот тебе подворачивается Ирэн. Она не ослепительная красавица, но очень милая и симпатичная, а главное, домашняя, своя. И для человека, выросшего в приюте, она олицетворяет спокойную семейную жизнь, то есть то, чего у тебя никогда не было, но чего ты с самого детства хотел иметь больше всего на свете…

– Хватит, Стин, - не выдерживаю я. Не могу больше выносить этого профессионального препарирования моей и без того растерзанной души.

– Прости, - немного растерянно откликается он.

– Вернемся к гипноизлучателю, - вмешивается Григ.
– Стин, ты сказал, что он не давал тебе покоя.

– Да. Вернее не он сам, а его кража. Зачем его понадобилось красть? Да затем, чтобы вывести тебя, Брайан, на Эрика и его шестерок, среди которых скрывался сам Паук. А дальше втереться к тебе в доверие было делом техники, что превосходно и удалось осуществить Лонгу. Хотя, я думаю, изначально твоим помощником должен был стать все же Дик, а не Лонг. Но ты выбрал Лонга. Кстати, почему, а? Ведь гонщик тебе должен был быть ближе, чем штурмовик?

– Почему?
– Я задумываюсь.
– Потому что Лонг опознал во мне Грига.

– Я об этом не подумал, - бормочет Стин.
– А ведь этот момент и впрямь не однозначный…

Он замолкает, погрузившись в размышления.

– Стин, - не выдерживаю я.
– Так ты считаешь, что Паук это либо Дик, либо Лонг?

– А? Да… Кстати, с Ирэн был кто-то из них. Она сказала: "Ты знаешь, кто это. Это Би…", то есть Бинг, он же Лонг. Или она сказала: "бы…" - бывший гонщик "Диких Кентавров", то есть Дик. Она наверняка не раз видела Дика по визору, ведь еще год назад он был одним из лидеров своего клуба. Гордостью команды и прочее. А Ирэн, насколько я понял, интересуется гонками. Она болельщица, может, и не рьяная, но все же…