— Ну, надеюсь, никакой случайности не произойдет!

После решения проблемы с оружием, Саша снова отправился к тайнику, и снова достал кейс, но уже другой, тот, который появился здесь совсем недавно — серебристый кейс с деньгами. Саша уже пересчитал наличность в рублях; валюту перевел по курсу. Там оказалось около шестнадцати миллионов с небольшим. Не так много как хотелось бы, но и не так мало как могло оказаться.

Саша вернулся в дом, достал из письменного стола маленький ключик, который он сам подобрал, чтобы закрывать и открывать этот кейс. Сейчас он замкнул его, ключ положил на место в стол и отправился к Оксане.

Через десять минут они вернулись уже вдвоем: он оторвал ее от подготовки к экзамену по физике. Но дело, по его мнению, не требовало отлагательства.

— Оксана, — подчеркнуто серьезно он обратился к ней, — возьми этот чемодан, и спрячь у себя во дворе, так чтобы родители ничего не знали.

— Хорошо, — растерянно согласилась Оксанка, — но что там такое?

— Пока я не могу тебе сказать ничего. Но для нас с тобой это очень, очень важно — поверь мне!

— Да я верю, конечно, Сашенька. Но почему ты не хочешь все-таки мне сказать, что там? Не доверяешь, да?

— Доверяю, а главное — люблю. Поэтому тебе лучше этого не знать, пока… Потом, очень скоро я тебе все покажу и расскажу. А сейчас иди и спрячь.

Оксана уже повернулась к выходу, успев, конечно, поцеловать его крепко в губы, когда Саша, вздохнув про себя, все-таки решился кое — что добавить, хотя и понимал, что вопросов это вызовет еще больше, чем просьба просто спрятать кейс у себя.

— Милая, еще вот что: если вдруг произойдет что-нибудь нехорошее, ты открой его. Просто сломай замки — этого будет достаточно. А потом ты поймешь, что делать дальше, поверь.

Оксана замерла на месте, потом повернулась, и на лице ее было написано такое изумление, что Саше стало даже нехорошо.

— Что может случиться нехорошее, а, Сашенька? Ты что, связался с бандитами?

— Милая, клянусь, я ни с кем не связывался. Я не делал ничего противозаконного — я же постоянно думаю о тебе, и не хочу тебя огорчать. Поверь! Но сейчас просто спрячь это у себя, и все будет хорошо.

Оксана стояла и молчала.

— Ну не могу я тебе сейчас ничего объяснить! — Саша разозлился и расстроился одновременно. — Пожалуйста, выполни мою просьбу и ни о чем не спрашивай больше. Клянусь, все будет хорошо.

Девчонка покачала головой, но отвернулась и ушла. Саша хотел броситься за ней следом, просить прощения, говорить что-то еще, но скрепя сердце, удержался.

— Пусть лучше немного подуется на меня — ничего страшного. Я чувствую, что приближается какая-то гадость. Пусть родная в это время будет подальше отсюда.

Саша рухнул в неубранную постель, и, глядя в потолок, снова и снова прокручивал в голове зловещий ночной кошмар.

Старенький «жигуленок», с волдырями ржавчины на кузове, со сделанными масляной краской заплатами, со своим полуисдохшим движком, терпеливо тащил по московской трассе четырех человек. За рулем уверенно — талант не пропьешь — держался землистого цвета человек с испитым лицом, рядом сидел крепкий, слегка полноватый мужчина, как говорится, жгучих кавказских кровей; на заднем сиденье располагались лицо неопределенной национальности, и подросток с горящими нетерпеливыми глазами.

Лицо неопределенной национальности со злобой провожало взглядом каждый автомобиль, обгонявший их несчастного доходягу. Иногда, через тонкую полоску губ можно было расслышать проклятия и жалобы: «Вот был бы я сейчас на своем, ты бы хрен меня обогнал, козел». Но дальше плохо слышного бормотания дело не шло.

— Успокойся, Муса! Что ты в самом деле! — сказал, обернувшись назад, обладатель выразительной кавказской внешности. — Уже скоро. Пост проезжать не будем: тут у придорожного ресторана есть поворот на грунтовку, и ментов мы обойдем. Я уже вечером про этот путь вспомнил. Так что все будет в лучшем виде.

Муса явно обрадовался. Он совершенно перестал обращать внимание на пролетавших мимо, зато достал из спортивной сумки пистолет с глушителем, и принялся им щелкать. Руслан, а это был он — сын Арсана — с завистью смотрел на действия дяди. Невооруженным глазом можно было определить, что этот пистолет составляет сейчас мечту всей жизни мальчишки.

— Помнишь Руслан, — наконец обратился к нему дядя, — как стрелять из «Мухи»?

— Да, дядя, помню.

— Не промахнешься?

— Ни за что!

Муса улыбнулся, и одобрительно потрепал племянника по плечу.

— Надеюсь, что он не понадобится, но на всякий случай…

Арсан опять обернулся, и вытаращил глаза от изумления.

— Брат, ты с ума сошел?! Еще рано вытаскивать. Успеется. Там, на грунтовке остановимся, и все опробуем… Кстати, и Филя повторит, что ему надо будет сделать… Правильно, Филя!?