— Не входи туда! — закричал Саша, которого не оставляло чувство тревоги, как если бы там была либо вода, либо трясина. — Ведь может рухнуть вообще весь этот холм. Петр! Не ходи туда!

— Я не пойду туда, я только попробую заглянуть. Может быть, потом, когда солнце взойдет повыше…

Вновь раздался тот самый звук, будто что-то тяжелое тащилось по земле. Сзади них на дно ямы скатилось несколько комьев земли, но источник звука находился не наверху, а где-то за окружавшей их земляной стеной.

— Петр, — прошептал Саша. — Петр, пожалуйста, вернись назад. Не смей ничего трогать там.

Упало еще несколько камней и посыпалась земля. Петр отошел от земляной стенки и с большой осторожностью вытащил из ножен меч.

— Мне, на самом деле, не нравится это место, — сказал Саша.

Некоторое время оба стояли неподвижно. Странный звук раздался вновь и теперь переместился прямо в темное углубление, почти рядом с которым и стоял Петр.

— Неужели это она? — прошептал Саша, хватая Петра за рукав кафтана, от страха, что тот вновь сделает попытку отправиться в этот темный ход, где его наверняка ждет ловушка, приготовленная для них русалкой. Почти одновременно, у него возникло горячее желание, чтобы старик Ууламетс поскорее разыскал их.

В темноте неожиданно что-то зашипело.

В следующий момент шипенье отчетливо послышалось уже наверху, на самом краю ямы, и что-то маленькое и черное скатилось вниз по осыпающимся стенкам ямы, увлекая за собой комья земли. Оно проскользнуло мимо них и исчезло в таинственном темном отверстии, издавая лай и фырканье. Но уже через некоторое время выскочило назад с поспешностью, как убегает маленькая собак от неожиданно оказавшейся на ее пути большой.

— Боже мой! — воскликнул Петр, когда сразу вслед за этим из темноты показалась волнистая темная масса, преследуя непрошеного гостя.

— Осторожно! — завопил Саша и прыгнул на осыпавшуюся землю, смешанную с грязью, как только что-то черное и извивающееся подобралось к его ногам. Петр забрался повыше вслед за ним, стараясь нанести удар мечом по этой странной массе, целясь в предполагаемую голову. Но она попыталась преследовать их, в то время как маленькое черное существо, похожее теперь на шар, которое спокон веков было известно как «дворовик», шипело, вертелось и пыталось кусать змеевидные черные кольца.

— Вот дураки! — Это Ууламетс наконец-то добрался до ямы. — Хватай его, давай же, хватай его!

— Хватать это? — воскликнул Петр, продолжая размахивать мечом. — Лучше попробуй вызволить нас отсюда!

Но эти слова потонули в новой волне визга и ударов, которые наносил своими короткими передними лапами дворовик. При этом сверху продолжала сыпаться земля. Саша в страхе пронзительно закричал, как только начал опускаться вниз вместе с осыпающейся землей и грязью, прямо к волнообразно двигающейся темной массе. В тот же момент Петр оказался рядом с ним, подталкивая мальчика вверх, на образовавшуюся насыпь и отгоняя черного монстра, обитающего в этом подземелье, в ту сторону, где у него явно не было никаких шансов на побег.

Но как оказалось, даже слабый свет, падавший в яму, довел это странное существ до полного изнеможения. Теперь было видно, что это была черная змея, покрытая частично полинявшей кожей, с беспомощными короткими голыми лапами и плоской головой, которую она все время пыталась спрятать. Казалось, что она сжимается и сморщивается буквально на глазах, превращаясь по форме в некоторое подобие маленького старичка, в то время как дворовик продолжал шипеть и рычать, расположившись теперь в темном углублении, откуда до этого был изгнан черным змеем, и таким образом преграждал тому возвращение в свое темное убежище.

— Имя! Спроси, как его зовут! — закричал сверху Ууламетс. Саша поднял глаза и увидел старика, стоящего на краю ямы, а затем перевел взгляд на странное существо, которое Петр удерживал на месте острием меча, и сказал: — Он хочет знать, как его зовут.

Петр слегка потыкал съежившуюся темную массу. После нескольких понуканий удалось выяснить, что зовут его Гвиур. Это имя скорее вызывало в памяти представление о какой-то необычайной птице. Тем временем, существо медленно пятилось к темной дыре, где, однако, теперь был дворовик, который явно не собирался пропускать его туда.

— Спроси его, где моя дочь, — сказал Ууламетс, наклоняясь вниз. — Постарайся добиться ответа, или пообещай продержать его на свету до восхода солнца.

— Да знает ли эта чертова змея, — воскликнул Петр, — где находится твоя дочь?

Но перед ним была уже не змея. Существо все больше и больше походило на заросшего волосатого старичка, который, видимо от страха, припал к земле и весь дрожал, испуганно приговаривая:

— Солнце, солнце!

— Ты еще увидишь это солнце, — прокричал сверху Ууламетс, — если ты не ответишь мне. Я хочу вернуть свою дочь.