– Э-э.., я говорил, что вполне допускаю, что они могут существовать, мистер Барент. Доказательств этому пока нет.

– Но это возможно?

– Да, сэр. Видите ли, пару лет назад была одна история с палестинцем, который участвовал в операции “Черный сентябрь”. Он дал согласие на сотрудничество с Соединенными Штатами, но люди, которых он принял за агентов ЦРУ, на самом деле оказались представителями Моссада. Так вот, они привезли его в Штаты, дали ему убедиться в том, что он находится в Лос-Анджелесе, а затем куда-то запрятали его, так что ни ЦРУ, ни ФБР не смогли его отыскать...

– Это не имеет отношения к нашему делу, Ричард. Значит, у вас есть основания полагать, что где-то рядом с Лос-Анджелесом может существовать убежище?

– Да, сэр.

– И оно может располагаться неподалеку от заправочной станции Сан Хуан Капистрано?

– Да, сэр, но оно может находиться и в другом месте.

– О'кей, Ричард. Вот чем вы займетесь: прежде всего немедленно отправляйтесь в дом к мистеру Хэроду и тщательно допросите.., я подчеркиваю, тщательно, мисс Чен. Если Хэрод окажется там, допросите и его. Если нет – вы разыщете его. Во-вторых, вы бросите все силы вашего Лос-Анджелесского отделения, а также любые другие необходимые силы местных организаций, чтобы отыскать того служащего с заправочной станции и любых других свидетелей, которых вам нужно опросить. Я хочу знать, на какой именно машине приехал мистер Коуэн, кто был с ним и в каком направлении они выехали со станции. В-третьих, начинайте опрос магазинов, торгующих электроникой в районе Лонг Бич и прилегающих районах. В-четвертых, повторно допросите служащих и горничных мотеля в Лонг Бич, чтобы выцедить из них все до малейшей капли. Можете использовать любые формы убеждения, которые сочтете нужными.

И, наконец, я окажу вам некоторую помощь. К вам будет отправлена дюжина людей Джозефа для оказания помощи в ваших.., э-э.., частных расследованиях. Кроме того, мы постараемся получить дополнительную информацию об этом убежище. Эти сведения я передам вам в течение ближайших суток.

Хейнс потер пальцами бровь.

– Но каким образом?.. – и он заткнулся. Смешок К. Арнольда Барента прозвучал в трубке, как внезапно возникшая помеха.

– Ричард, неужели вы наивно полагаете, что вы с Чарлзом были для меня единственными источниками информации? Если все остальное провалится, я позвоню известным.., э-э.., лицам в правительстве Израиля. Из-за временной разницы, возможно, я смогу это сделать лишь завтра утром, перед тем как связаться с вами. Но вы, не дожидаясь связи со мной, начинаете обыскивать округу Сан Хуан Капистрано сегодня же днем. Проверьте документы продаж земельных участков, дома, которые не посещаются большую часть года.., просто поездите в округе и поищите темный фургон, если вам больше ничего не придет в голову. И помните: вы ищете частный дом в охраняемой зоне, скорее всего, находящийся вдали от жилых районов.

– Есть, сэр, – отрапортовал Хейнс.

– Я свяжусь с вами как только смогу, – холодно, сказал К. Арнольд Барент. – И еще, Ричард...

– Да, сэр?

– Постарайтесь на сей раз не разочаровывать меня.

– Ни в коем случае, сэр, – откликнулся Ричард Хейнс.

Перед тем как выбросить Хэрода в квартале от Диснейленда, его накачали наркотиками и завязали ему глаза. Когда он окончательно пришел в себя, то обнаружил, что сидит за рулем своего “Феррари” одетый, руки свободны, наручников нет, лишь глаза его прикрыты обычной черной маской для сна. Машина была припаркована между мусорным баком и кирпичной стеной на задворках магазинчика, торгующего коврами по сниженным ценам.

Хэрод вылез из машины и облокотился на капот в ожидании, когда пройдут окончательно тошнота и головокружение. Прошло по меньшей мере полчаса, пока он наконец не почувствовал, что в состоянии вести машину.

Стараясь избегать оживленных магистралей, Хэрод направился на запад, а затем свернул на бульвар Лонг Бич, пытаясь осознать, что же с ним произошло. Воспоминания о предшествующих сорока часах в основном были смазанными, расплывчатыми – он помнил лишь обрывки каких-то бесконечных разговоров, похожих на допросы; зато следы от внутривенных уколов и дающее себя знать головокружение от последнего транквилизатора не оставляли сомнений, что его накачали наркотиками, похитили и проволокли сквозь ад.

Да, вполне вероятно, это дело рук Вилли. Последняя беседа – единственная, которую он запомнил целиком – окончательно убедила его в том.

Человек в капюшоне вошел к нему в комнату и сел на кровать. Хэрод хотел увидеть его глаза, но в зеркальных стеклах отражалось лишь его собственное бледное, покрытое щетиной лицо.

– Тони, – тихо произнес мужчина с раздражающе знакомым немецким акцентом, – мы собираемся тебя отпустить.

Хэрод вздрогнул всем телом: его собираются убить!

– Прежде чем расстаться, я хочу задать тебе один вопрос, Тони, – продолжал мужчина, на лице которого были видны лишь шевелившиеся губы. – Каким образом ты собираешься поставить большую часть суррогатов для пятидневного состязания в Клубе Островитян в этом году?

Хэрод попытался облизнуть губы, но во рту у него все пересохло, язык жгло.

– Я ничего об этом не знаю. Черный капюшон качнулся взад и вперед, и в зеркальных очках отразились белые стены.

– Тони, так говорить уже слишком поздно. Нам известно, что ты будешь поставлять тела, но каким образом? С учетом твоего предпочтительного отношения к женщинам? Неужели они действительно в этом году готовы удовлетвориться одними женщинами?

Хэрод энергично затряс головой.

– Я должен это узнать, прежде чем мы попрощаемся, Тони.

– Вилли! – прохрипел Хэрод. – Вилли, ради Бога, зачем ты так со мной? Поговори со мной нормально!

Пара зеркальных стекол зафиксировалась на лице Хэрода.

– Вилли? По-моему, я не знаю никого, кого бы звали Вилли... Так каким же образом ты собираешься поставлять суррогатов обоих полов, когда нам известно, что ты не можешь этого сделать?

Хэрод напрягся и выгнул спину, чтобы сшибить с головы капюшон и увидеть лицо палача. Мужчина не спеша встал и подошел к изголовью, оказавшись вне досягаемости ног Хэрода. Он схватил Хэрода за волосы и приподнял его голову над подушкой.