Лугар снова рассмеялся и приподнял психиатра. Сол услышал, как трещит на левой руке сдираемая кожа. Затем негр развернулся и швырнул его тело в сторону. Сол больно ударился раненой ногой, перекатился на плечо, которое уже горело как в огне, и пополз к сумке, в которой остались “кольт” и “узи”. Глянув через плечо, он увидел Дженсена Лугара, стоявшего в борцовской стойке, – его обнаженное тело поблескивало от пота и крови Сола. Мисс Сьюэлл поднялась на четвереньки, словно готовясь к прыжку, – спутанные волосы закрывали ей глаза. В зубах у нее болтался кусок вырванного из руки Сола мяса, по подбородку стекала кровь.

До сумки уже оставалось фута три, когда Лугар бесшумно подскочил и сильно ударил Сола босой ногой под ребра. Сол четырежды перекувырнулся, чувствуя, как из него выходит воздух, а вместе с ним и силы, и еще раз попытался подняться на колени, но в глазах уже начало темнеть. Все слилось в бесконечный коридор с плавающим посреди потным лицом Дженсена Лугара.

Негр еще раз пнул Сола ногой, отшвырнул подальше его сумку и схватил психиатра за волосы. Приблизившись вплотную, он встряхнул обмякшее тело Ласки и произнес по-немецки:

– Очнись, моя пешечка. Пора нам поиграть.

***

Прожектора большого зала освещали восемь рядов черно-белых квадратов. Тони Хэрод взирал на эту немыслимую шахматную доску, идущую в обоих направлениях на тридцать два фута. В тени переговаривались охранники Барента, от стола с электронной аппаратурой доносились какие-то приглушенные звуки, но на освещенном участке находились лишь члены Клуба Островитян и их помощники.

– Пока эта партия очень интересная, – усмехнулся Барент. – Хотя было несколько моментов, когда я не сомневался, что ее исходом может стать только ничья.

– Да, – согласился Вилли, выходя на свет. Под белым пиджаком у него была белая шелковая водолазка, что придавало немцу вид пастора, только на пленке в негативе. Его редеющие волосы блестели в свете софитов, подчеркивавшем румянец на щеках и скулах. – Я всегда предпочитал испанскую защиту. Сейчас она вышла из моды, но я по-прежнему считаю ее эффективной, если использовать правильные вариации.

– До двадцать девятого хода игра носила чисто позиционный характер, – заметил Барент. – Мистер Борден предложил мне свою королевскую пешку, и я взял ее.

– Пешка с секретом. – Вилли, нахмурившись, смотрел на “доску”.

– Возможно, для менее профессионального игрока этот ход оказался бы фатальным. Но когда обмен закончился, я сохранил пять пешек против трех мистера Бордена, – пояснил Барент всем присутствующим.

– И слона, – добавил Вилли, бросив взгляд на Джимми Уэйна Саттера, стоявшего у стойки бара.

– И слона, – кивнул Барент. – Но в эндшпиле две пешки зачастую побеждают одинокого слона.

– И кто же выигрывает? – заплетающимся языком спросил Кеплер. Он уже был пьян. Барент потер щеку.

– Все не так просто, Джозеф. В настоящий момент черные – а я играю ими – обладают явно выраженным преимуществом. Но в эндшпиле все меняется очень быстро.

Вилли шагнул на доску.

– Может, вы хотите поменяться сторонами, герр Барент?

– Нет. – Миллионер негромко рассмеялся.

– Тогда давайте продолжим. – Вилли победоносно оглядел стоящих на границе света и тени.

Фэбээровец Свенсон подошел к Баренту и снова что-то прошептал ему на ухо.

– Секундочку. – Хозяин повернулся к Вилли:

– А теперь что вы намереваетесь делать?

– Впустите их, – велел Вилли.

– С чего бы это? – рассердился Барент. – Это – ваши люди.

– Вот именно, – подтвердил Вилли. – Совершенно очевидно, что мой негр безоружен, а еврея я вернул обратно, чтобы он выполнил здесь свое предназначение.

– Час назад вы утверждали, что мы должны убить его, – возразил Барент. Вилли пожал плечами.

– Вы по-прежнему можете это сделать, если хотите, герр Барент. Он и так уже почти труп. Но меня тешит мысль о том, что он проделал такой сложный путь для исполнения своего долга, – глаза Бордена злобно сверкнули.

– Вы продолжаете утверждать, что он прибыл на остров самостоятельно? – ухмыльнулся Кеплер.

– Я ничего не утверждаю, – ответил Вилли. – Просто прошу разрешения использовать его в игре. Мне это будет приятно. – И он, осклабившись, взглянул на Барента. – К тому же, герр Барент, вы прекрасно знаете, что еврей был хорошо обработан вами. Вы можете не опасаться его, даже если у него окажется оружие.

– Тогда зачем он сюда явился? – не унимался Барент.

Вилли рассмеялся.

– Чтобы убить меня. Ну давайте. Решайтесь. Я хочу продолжать игру.