Хэрод испуганно посмотрел на Барента, но тот продолжал улыбаться. Он понял, каким был дураком, полагая, что в критический момент Мария Чен сможет хоть чем-то помочь ему.

– Какая диверсия? – продолжал Саттер. – На мой взгляд бедного провинциального священника, это не похоже на диверсию.

– Хорошо, но кто-то же контролирует его, – выпалил Кеплер.

– А может, и нет, – тихо заметил Вилли. Все головы повернулись к нему.

– Мой маленький еврей уже в течение многих лет проявляет поразительную настойчивость, – пояснил Вилли. – Представьте мое удивление, когда семь месяцев назад я обнаружил его в Чарлстоне. Барент перестал улыбаться.

– Вильгельм, вы хотите сказать, что этот.., человек.., явился сюда по собственной воле?

– Да, – кивнул Вилли. – С давних времен моя пешка как тень следует за мной. Кеплер побагровел.

– Значит, вы признаете, что он здесь по вашей вине, даже если он явился с целью найти вас?

– Не совсем, – ехидно улыбнулся Вилли. – Ведь это по вашему “гениальному” указанию в Вирджинии были истреблены его родные.

Барент задумчиво постукивал согнутым пальцем по нижней губе.

– Предположим, ему стало известно, кто несет за это ответственность, но откуда он узнал все подробности о Клубе Островитян? – Он пристально посмотрел на Хэрода.

– Откуда мне было знать, что он действует сам по себе? – огрызнулся Хэрод. – Ведь эти сволочи накачали меня наркотиками.

Саттер встал и подошел к монитору, на экране которого было видно, как обнаженная мужская фигура продирается сквозь заросли виноградника и поваленные надгробия.

– И кто же работает с ним сейчас? – спросил он так тихо, будто обращался лишь к себе.

– Негритянка, – ответил Вилли. – Чернокожая. Которая была с шерифом в Джермантауне. – Он рассмеялся и запрокинул голову так, что стали видны пломбы в коренных зубах, стершихся от возраста. – Как фюрер и опасался, поверженные поднимутся.

Саттер отвернулся от экрана как раз в тот момент, когда на нем появился суррогат Барента с Ямайки – быстро и уверенно тот продвигался по кладбищу, откуда только что, спотыкаясь, вышел Ласки.

– Ну, и где же тогда эта девица? – осведомился Саттер.

Вилли пожал плечами.

– Это не имеет значения. Среди ваших суррогатов черных сук нет?

– Нет, – ответил Барент.

– Значит, она где-то в другом месте, – предположил Вилли. – Возможно, вынашивает планы мести тем, кто убил ее отца.

– Мы же не убивали ее отца, – задумчиво сказал Барент. – Это сделала Мелани Фуллер или Нина Дрейтон.

– Вот именно! – рассмеялся Вилли. – Еще одна ирония судьбы. Но еврей здесь, и я почти не сомневаюсь, что попасть сюда ему помогла та негритянка.

Все снова уставились на мониторы. На экранах сквозь высокую траву на юг от старой плантации Дюбуа пробирался лишь один суррогат Саттера по имени Амос. Закрыв глаза, Саттер сосредоточенно управлял своей пешкой.

– Нам необходимо допросить Ласки! – взвился Кеплер. – Мы должны выяснить, где находится девица.

– Нет. – Вилли покачал головой, не сводя глаз с Барента. – Надо просто как можно скорее убить еврея. Даже если он безумен, он может причинить вред всем нам.

Барент опустил руки и снова улыбнулся.

– Беспокоишься, Уильям? Старик передернул плечами.

– Просто это самый разумный выход. Если мы объединим наши усилия для того, чтобы убить еврея, это докажет, что он не был доставлен сюда кем-либо из нас с определенной целью. А девицу найти будет нетрудно. Предполагаю, она снова вернулась в Чарлстон.

– Предположений здесь недостаточно, – оборвал его Кеплер. – Считаю, что еврея надо допросить.

– Джеймс? – Барент обратился к преподобному. Саттер открыл глаза.

– Убить его и вернуться к Игре, – буркнул тот и снова смежил веки.

– Тони?

Вздрогнув, Хэрод посмотрел на Барента.

– Вы хотите сказать, что у меня есть право голоса?

– Остальные проблемы мы обсудим позже, – ответил Барент. – Пока ты являешься членом Клуба Островитян и пользуешься всеми правами.

Хэрод обнажил свои маленькие острые зубки.

– Тогда я воздерживаюсь. Оставьте меня в покое и делайте с этим парнем все, что хотите.

Барент задумчиво уставился на пустой монитор. Вспышка молнии на мгновение перекрыла чувствительность изображения, экран затопило ослепительной белизной.

– Уильям, – произнес Барент, – я не очень понимаю, чем для нас может быть опасен этот человек, но я готов согласиться с тем, что будучи мертвым он станет представлять меньшую угрозу. А девицу и прочих мстителей мы отыщем без проблем.