Уинн повернулась к Кейтлин и Дилис.

— Покиньте зал, — приказала она, — и пришлите сюда бабушку А вас, мой господин, я прошу быть сдержанным в речах, пока сестры не уйдут и к нам не присоединится леди Энид, — обратилась она к Ризу.

Он кивнул, весьма довольный. У нее есть манеры, и, что более важно, она благоразумна. Красота, манеры, благоразумие — все это несколько успокоило его тревогу после ее довольно резкого поведения при встрече.

Кейтлин и Дилис ушли, разочарование было написано на их лицах, когда Уинн, слегка улыбаясь, сказала:

— Они будут сплетничать, мой господин, но наше дело, я думаю, должно остаться между нами.

— Ненадолго, — уверенно ответил Риз.

Уинн на мгновение сдержала себя, потом, опять став радушной хозяйкой, предложила гостю еще вина, свежеиспеченный хлеб и сыр собственного изготовления, при виде которого он причмокнул губами.

В зал вошла Энид. Ее седые волосы были заплетены в косы и уложены короной вокруг головы, сделав ее еще выше. Нижняя туника на ней была красного цвета, а сверху было надето платье-туника ярко-синего, расшитое по рукавам серебряными нитями. Ее голова была покрыта квадратным куском тонкой ткани, украшенной серебряной вышивкой и укрепленной наголовной повязкой. В ушах были превосходные гранаты, а эмалевый крест, с гранатами и жемчугом, покоился на груди на массивной золотой цепи.

— Надеюсь, внучка позаботилась, чтобы вы, мой господин, чувствовали себя у нас уютно, — сказала Энид, таким образом приветствуя дорогого гостя. — Я леди Энид, добро пожаловать в наш дом.

Он поднялся из-за стола при ее приближении и поцеловал ей руку — Леди Уинн, кажется, прекрасно справляется с обязанностями хозяйки дома. Прекрасная репутация леди Уинн и слава о ее красоте дошли до меня в Сант-Брайде. — Он сел между бабушкой и внучкой. — Такие достоинства в женщине радуют мужчину, который ищет себе жену, Уинн покраснела, не промолвив ни слова, а Энид спокойно спросила:

— Вам нужна супруга, мой господин?

— Да, — прямо ответил он. — Вот уже несколько лет, как я овдовел.

Пришло время выбрать себе невесту. Человеку моего положения необходимы законные сыновья, чтобы иметь наследников.

— У вас есть незаконнорожденные сыновья? — тихо спросила Уинн.

Его поразила ее прямота. Он полагал, что юным девушкам из хороших семей не следует знать о подобных вещах.

— Да, — медленно ответил он. — У меня несколько сыновей. Старшему 17. Как вы, должно быть, знаете, они не имеют права на наследство.

— Ваша честность, мой господин, похвальна, — сказала Энид и, подняв свой бокал, поспешила скрыть улыбку. Как это похоже на Уинн — смутить такого могущественного воина побережья. Внешность девочки так обманчива. Ее бледное лицо, ясное, с гладкой кожей, создавало впечатление кротости. Но только до тех пор, пока она не начинала говорить, подумала, усмехнувшись про себя, Энид, ставя бокал на стол.

— Скажите, зачем вы приехали в Гарнок, мой господин? — спросила она. — Лучше сразу же вернуться к делу.

Риз из Сант-Брайда с шумом прочистил горло, затем, глубоко вздохнув, сказал зычным голосом, который поднимался из самой груди.

— Госпожа, я хочу взять вашу внучку себе в жены.

— Вы имеете в виду конечно, Уинн, — спокойно промолвила Энид. — Не Кейтлин или Дилис.

— Мне нужна старшая, — последовал ответ.

— Вы, разумеется, оказали нам честь, — начала Энид, которую вдруг прервала предполагаемая невеста.

— Благодарю вас, мой господин из Сант-Брайда, за оказанную честь, но я не могу быть вашей женой, — просто сказала Уинн.

— Не можете? Почему госпожа? Вы уже просватаны? Или вы, возможно, хотите посвятить себя церкви? — спросил Риз.

— Нет, мой господин, я не собираюсь заточать себя в монастырь. У меня есть долг перед семьей, перед моим братом, Дьюи ап Оуеном, лордом Гарнока, который еще слишком мал, перед моими родителями, упокой Господь их души, которые надеялись, что я неотлучно буду при брате, пока он не вырастет и не сможет сам о себе позаботиться. Я не могу покинуть Гарнок, пока не исполню свой долг, а это будет не скоро. Поэтому, мой господин, я благодарю вас за ваше любезное предложение, но, думаю, вам лучше поискать жену в другом месте, — вежливо закончила Уинн.

— Я не хочу никого другого, госпожа, только вас, — сердито ответил Риз.

— Мой господин! Вы ведь не знаете меня. Моя семья едва может сравниться с вашей, и хотя у меня приличное приданое, но все же не такое, на которое может рассчитывать человек с таким громким именем.

— Вам, госпожа, нечего стыдиться. Разве вы не наследница этого поместья? Гарнок известен на много миль вокруг своими травами и сыром. Это значительное наследство, достойное моей жены.

— Я никогда не унаследую Гарнок, мой господин, — твердо сказала Уинн.