Замок Мейдока на Скале Ворона располагался в Черных Горах Пауиса. Впервые увидев его, Уинн подумала, что это сон. Никогда раньше ей не приходилось видеть ничего подобного. Казалось, он вырастал из самой горы. Создавалось впечатление, что гора и замок составляют одно целое.

— Волшебное место, — тихо сказала Уинн при первом взгляде на свой новый дом.

— Вот как? — сказал он.

— Не надо шутить со мной, мой господин, — резко откликнулась Уинн. — Люди говорят, что волшебная сила вашей семьи идет от Мерлина. Разве не Мерлин помог Артуру придать вид Камелогу? Как бы вам удалось высечь в горе замок?

— Замок просто выглядит как одно целое с горой. Это потому, что он построен из того же самого гранита, что и скала, дорогая. Мой предок счел это прекрасной маскировкой.

— Возможно, я ничего не понимаю в замках, но я никогда не видела места, подобного Скале Ворона. Он выглядит чужестранцем.

— Да, — согласился принц. — В нем соединились разные стили, еще не распространенные на Британском острове. Мой предок привез эти идеи из своих путешествий. Он много лет провел, странствуя по свету Основная часть здания — это круглая башня.

— Их четыре, — заметила Уинн.

— Посмотри внимательно, — сказал ей Мейдок, когда лошади спускались по крутой тропе к ущелью. — Две башни круглые, а две квадратные, основная башня на западной стороне.

— А где твои сады?

— Открытые пространства, которые расположены по краям скал, называются террасами, Уинн. Там-то и разбиты мои сады, они очень приятны для глаз. Я уже отправил заранее гонца, чтобы он велел садовнику приготовить место для твоих трав. Тогда они успеют прижиться до зимы. Приятно, что женская рука вновь коснется садов. Они теперь совсем не те, что были при жизни матери. Земля откликается добром на женское прикосновение. Неста не могла заставить себя ухаживать за садом матери. Она говорила, что тоска съедает ее.

— Женщины понимают землю, мой господин. И земля, и женщина дают жизнь.

Тропа, по которой они ехали, спускалась вниз, в ущелье, где весело бежала небольшая речушка. Крепко построенный каменный мост соединял ее берега. Они переехали на другую сторону и по узкой тропе стали подниматься к воротам замка. Вокруг него не было обычного рва, поскольку по тропе, ведущей к замку, могла проехать лишь одна лошадь.

Он был неприступен, если вдруг какому-нибудь сумасшедшему взбредет в голову напасть на него.

— Когда впервые приближаешься к Скале Ворона, замок представляется могущественным и ужасающим, — сказал Мейдок, — но, пройдя под опускной решеткой ворот, ты увидишь, что попала в добрый и красивый мир.

— Он кажется таким черным и свирепым, — заметила Уинн, глядя на поднимающиеся вверх темные башни и четко очерченные парапеты замка.

— Чтобы напугать наших врагов, — ответил Мейдок — У тебя есть недруги, мой господин?

— Боюсь, что нет, моя дорогая.

Раздался громкий крик воинов, стоявших на стенах замка. Они вновь приветствовали принца.

— Мейдок! Мейдок! Мейдок!

— Они его так любят? — поинтересовалась Уинн у Несты.

— Да, у принцев Венвинвина есть нечто, что делает их людей верными им. Говорят, Мейдок очень похож на своего отца, принца Гвалчмала.

— А что с ним случилось? Я так мало знаю семью, в которую вхожу.

— По-настоящему ее никто не знает, — ответила Неста. — Однажды ранним весенним утром принц Гвалчмал был найден у подножия горы с переломанной шеей. Считается, что он упал, но никто не знает, почему и как это произошло. Он был в расцвете лет, что тем более смущает. Мейдоку в то время было семь лет. Наша мать, Гвенхвивар, поспешно вышла второй раз замуж. Многим это показалось неприличным. Но она чувствовала, что ей нужно защитить Мейдока. Он был ребенком, не способным постоять за себя. Она взяла в мужья брата-близнеца своего первого мужа, Синбела из Кей. Отец Мейдока умер в марте. Гвенхвивар вышла замуж за Синбела в мае того же года. Наш брат, Брайс, родился в следующем году в феврале.

— Брат-близнец! — повторила изумленная Уинн. — В Гарноке одна крепостная родила сразу двух дочек Никто не мог отличить их, так они были похожи.

— Отец Мейдока и мой, хотя и родились в одно и то же время, были совсем разные. Мейдок, говорят, похож на отца: темные волосы, белая кожа и замечательные голубые глаза. Гвалчмал выглядел, как все принцы Пауиса-Венвинвина, но мой отец пошел в семью нашей бабушки, у которых светлые волосы.

— Значит, твой отец вырастил Мейдока?

— Да, — кратко ответила Неста, а когда Уинн вопросительно посмотрела на нее, она тихо продолжила:

— Мой брат, Брайс, похож на отца.

Красивый и очаровательный внешне, но злой! Говорят, что Гвалчмал и Синбел чуть не убили при рождении свою мать, каждый спешил первым попасть в этот мир, чтобы унаследовать замок Скала Ворона. И еще говорят, когда Гвалчмал-первенец появился из чрева матери, Синбел крепко зажал в кулачок его лодыжку, словно не пускал.

Глаза у Уинн расширились от удивления.

— Близнецы все детство и юность воевали друг с другом. Они соперничали во всем. Всегда находилось то, что Синбел старался сделать лучше Гвалчмала. Когда умер наш прадедушка по материнской линии, у него не осталось живых наследников-мужчин. Его замок в Кей достался матери Гвалчмала и Синбела. Синбела отправили туда, чтобы отделить от брата. Боялись, что они убьют друг друга и прервется линия принцев Пауиса-Венвинвина. После двух сыновей у моей бабушки не было больше детей. Слишком велико было напряжение при их рождении. Но тем не менее она дожила до глубокой старости.