— Давно умер, мой господин, упокой Господь его душу, — ответил священник.

— Его звали отец Давид, не так ли? — спросил Мейдок. — Он был небольшого роста, полный, с лысой головой, правда, макушку обрамляло несколько седых волос. У него были самые синие глаза, которые мне довелось видеть, что особенно поражало в лице такого старого человека. Его глубокий громкий голос раздавался в стенах этого зала, верно? А большая розовая родинка размером с горошину на левой щеке?

— Вы абсолютно точно описали моего предшественника, — взволнованно воскликнул отец Дрю. — Он был моим кузеном, это только благодаря моей любви к нему я стал священником, чтобы походить на него.

— Когда родилась леди Уинн, — продолжал Мейдок, — я приехал к Оуену ап Льюилину и попросил обручить меня с малышкой. Я тогда недавно получил наследство. Моя мать дважды овдовела, и я счел своим долгом не жениться до тех пор, пока не вырастет сестра Неста. Я искал невесту из хорошей семьи, но которая достигнет брачного возраста через много лет. Именно отец Давид заключил брачный контракт. — Мейдок вытащил из недр своего одеяния аккуратно свернутый пергамент и вручил отцу Дрю.

Священник осторожно развернул документ, разгладил его и внимательно прочитал. Наконец он поднял глаза и объявил:

— Все в порядке, моя госпожа, это почерк отца Давида. Я хорошо его знаю.

— Но почему мне ничего не сказали?

Мейдок улыбнулся ей.

— Этого не сделали по нескольким причинам, госпожа. Мне нужна была не жена-ребенок, а взрослая девушка, способная следить за домом и растить моих сыновей. Я хотел с любовью ухаживать за ней, а не брать в жены против ее воли, да к тому же влюбленную в другого.

Мы договорились, что я появлюсь в Гарноке летом на шестнадцатом году вашей жизни, Уинн, чтобы посвататься и взять вас в жены. Если бы вы до этого встретили другого, вам бы сообщили об обручении, но окончательный выбор остался бы за вами. Я лишь совсем недавно узнал о безвременной кончине вашего отца и, предполагая, что он еще ничего не сообщил вам (поскольку вы не прислали ко мне гонца), я отправился в Гарнок сам.

— И увидели себя в любовном треугольнике, — тихо заметила Энид.

— Если, моя госпожа, вы любите Риза из Сант-Брайда, я уступаю дорогу, — сказал Мейдок. — Я не сделаю вас несчастной.

— Нет! — сдавленным голосом выдохнула Уинн и, покраснев до корней волос, повернулась к Ризу — Я не хотела вас обидеть, мой господин, но если мой отец, упокой Господь его душу, устроил этот брак для меня, я чувствую, что должна уважать его желание так же, как я исполняю свой долг по отношению к Гарноку и семье.

— Вы представили свою копию брачного соглашения, — сказал Риз, слегка расстроившись, но не желая упускать из рук такой лакомый кусочек, как Уинн, окончательно. — Конечно, у Оуена ап Льюилина был свой экземпляр брачного документа. Я бы желал непременно взглянуть на него, прежде чем отказаться от прав на эту леди. — Он мог легко откусить себе язык, произнося эти слова. «Ну не сумасшедший ли я?» — думал про себя Риз. Он прекрасно знал о репутации Мейдока. Принцы Венвинвина были из рода чародеев, чья волшебная сила была дана им самим великим Мерлином 2 , как гласила людская молва. Риз молча проклинал себя за свою глупость. Если Мейдок оскорбится, — а волшебники, говорят, отличаются горячим нравом, — его собственный род может на нем и закончиться, если Мейдок превратит его в жука и раздавит ногой.

Мейдок, однако, улыбался, встретив беспокойный взгляд Риза. Улыбка означала: «Я понимаю и буду милосерден».

— Прекрасная мысль, — ответил принц; — Мне известно, что у Оуена ап Льюилина была копия этого документа, потому что я ставил подпись на двух экземплярах. — Он повернулся к Уинн. — Скажите, госпожа, вы не знаете, где ваш отец мог хранить такой документ?

— У него в спальне была шкатулка, ключ от нее у меня, но я ее не открывала. Он хранил в ней документы, касающиеся хозяйственных дел Гарнока. У меня не было времени просмотреть их.

— Я принесу шкатулку, — с готовностью откликнулся Дьюи. — Я знаю, где она.

Не успел никто опомниться, как мальчик бегом бросился наверх и быстро вернулся назад, сгибаясь под тяжестью резной дубовой шкатулки. Он поставил ее на стол и взглянул на старшую сестру Сняв связку ключей, висевших у нее на поясе, Уинн отыскала нужный, вставила в замок и открыла шкатулку. Она удивленно подняла брови, когда Риз попытался отстранить ее.

— Вы ведь не умеете читать, — заявил он. — Я помогу вам найти документ.

Уинн сердито отодвинула его в сторону.

— Я, мой господин, умею читать! У меня к тому же прекрасный почерк Как бы я могла вести хозяйство после смерти отца? — Она аккуратно стала перебирать бумаги.

— Вы читаете, пишете и ведете документы? — Риз почти со стоном произнес эти слова. Он потерял настоящее сокровище. Он мог бы все время воевать со слабыми соседями, зная, что жена, чьи интересы будут и его интересами, присматривает в Сант-Брайде за всем поместьем. Имея такую жену, он мог бы увеличить свои владения. Боль от потери была слишком ощутима.