Мейдок глубоко вздохнул.

— А если я убью его, не буду ли я у него в долгу? Умрет ли окончательно ненависть, которая обитает в нем, или она вновь возродится в другом месте и в другое время, чтобы мы снова боролись с ней, Уинн?

Она покачала головой.

— Я не знаю, что тебе ответить, Мейдок. В одном я убеждена: чтобы мы жили в мире, с Брайсом надо поступить так, чтобы он не мог нам больше вредить.

— Он мой брат, — беспомощно ответил принц.

— Он использует эту родственную связь против тебя, Мейдок! нетерпеливо ответила Уинн. — Он стоил нам трех лет жизни. Он жестоко разлучил нас, желая уничтожить тебя, продал меня в рабство, хотя, благодаря Всевышнему, мне повезло в этом рабстве. Он украл нашего ребенка. Для чего, Мейдок? Зачем ему нужен наш сын? Какое злодеяние он сейчас замышляет? И к этому человеку ты испытываешь жалость? Твой брат не знает такого слова. Если ты сохранишь ему жизнь, все последующие несчастья, которые принесет нам Брайс, будут следствием твоей ошибки, мой господин, потому что именно ты позволишь ему вызвать новые разрушения.

— Я знаю, дорогая, что твои слова справедливы, но не надо бояться.

Хотя это и трудно, но я прослежу, чтобы Брайс больше никогда никого не обидел. — Потом Мейдок попытался пошутить:

— Думаю, мне лучше убить Брайса, чем слушать, как ты и Неста браните меня. Моя сестра так и не простила мне, что я не уберег тебя, Уинн.

Уинн улыбнулась.

— Как Неста? Я часто думала о ней, особенно вначале, когда она должна была родить. Кто у нее, сын или дочь?

— У Несты два сына. Старший Даффид, младший Тристан.

— Как мне хочется ее увидеть! — сказала Уинн, а потом нахмурилась. — Мы не можем сообщить Несте и Ризу о нашем возвращении, пока не вернем сына. Расскажи мне о бабушке, сестрах, Дьюи.

— Твоя бабушка здорова, хотя и горюет о тебе, даже зная, что ты жива.

Дьюи уже почти что мужчина, а Map становится красавицей. Она единственная из твоих сестер, кто может соперничать с тобой.

— А Кейтлин и Дилис?

Мейдок рассмеялся.

— Они преуспели, хотя старшая теперь не разговаривает с младшей.

— С какой стати? Они всегда были друзьями, если их странные отношения можно назвать дружбой.

— Все верно, но вспомни: раньше Кейтлин была всегда впереди. Теперь, однако, события повернулись в пользу Дилис. За четыре года замужества она родила четырех детей. Троих мальчиков и одну девочку.

Девочка — одна из двойни. У Кейтлин всего один сын, которого она любит до безумия. Дважды у нее был выкидыш в очень маленький срок Хотя муж обращается с ней как с королевой и она единолично командует в Коуде, тем не менее Кейтлин недовольна и зла на младшую сестру, которая обошла ее.

— Артур жалуется на недостаток детей?

Мейдок усмехнулся.

— Нет, он просто не осмеливается.

Уинн рассмеялась. Она долго не вспоминала о Кейтлин, но сейчас ее вновь охватили воспоминания. Нет, Артур не будет жаловаться. Он уже узнал злопамятность Кейтлин и ее жуткую способность мстить тем, кто вызвал ее неудовольствие.

— Как жаль, что я не смогу пригласить сестер в Гарнок, — проговорила Уинн, и ее охватил приступ смеха.

Они добрались до Гарнока к концу непогожего дня.

Прижав к груди старшую внучку, Энид только могла выговорить:

— Я знала, что он привезет тебя домой невредимой, дитя мое! — Глаза ее переполняли слезы счастья, которые катились по измученному лицу.

Уинн обняла бабушку и поразилась переменам, произошедшим в ней. Энид постарела и двигалась медленнее, чем раньше. Ее милое лицо избороздили морщины.

— Я привезла тебе правнучку, бабушка, — сказала Уинн и протянула ей дочь. — Это Аверел Этельхардсдаттер.

Энид постаралась скрыть удивление и, наклонясь, улыбнулась малышке.

— Мне нравится твое имя, Аверел. — Потом она взяла ее на руки и поцеловала в щечку.

Аверел смотрела на Энид широко раскрытыми глазами, размышляя, готова ли она принять в свою жизнь нового человека. Сколько всего изменилось для нее за последние несколько недель! Она полюбила рыжего гиганта, который позволял ей ехать на козлах повозки и держать поводья. Уилле он тоже понравился. Однако она не была уверена в отношении того темного человека, который всегда, казалось, следил за ее матерью и мало обращал на нее внимания.

Аверел решила быстро. Обвив маленькими ручками шею Энид, она поцеловала прабабушку и произнесла: «Ба». Взрослые вокруг нее рассмеялись.

— Она прелестное дитя, — сказала Энид, очень довольная, — но она совсем не похожа на тебя, Уинн.

— Аверел копия отца. Его звали Эдвин Этельхард, он был таном поместья Элфдин, недалеко от города Бустер в Мерсии. Он считал меня своей женой, и ко мне относились, как к хозяйке.

— Уинн! — окликнул ее юношеский, но сильный голос.

Уинн обернулась и увидела высокого черноволосого молодого человека. На мгновение она не могла поверить своим глазам.