Судя по всему, слова Кравчинского не удовлетворили ни Садка, ни его многочисленных сторонников, ропот все нарастал, а в дальнем углу бряцали мечами.

— Скажи, кудесник, когда Йо изречет свое слово? — прорычал Садок, потрясая огромным волосатым кулаком чуть ли не у самого носа несчастного поэта.

— Завтра, — быстро ответил пацифист. — У меня такое предчувствие.

— Пусть будет по-твоему, ведун, — рявкнул на весь зал Садок. — Но если оракул промолчит и завтра, я объявлю миру, что ты не кудесник Вадимир, а жалкий самозванец.

Возбужденная толпа наконец покинула храм, оставив Кравчинского в полуобморочном состоянии, а всех остальных искателей приключений в глубокой задумчивости.

— Это куда же мы попали? — спросил после непродолжительного молчания следователь Рябушкин. — И что все это означает? Чего от нас хотели эти люди?

— От нас ничего, — отозвался Аркадий Семенович Иванов. — Претензии у них были к Светлане Алексеевне, которая, похоже, и в этом мире числится правительницей.

— Точно, — хлопнул себя ладонью по лбу Кравчинский, — в древние времена был довольно странный обычай престолонаследия. Помните сказку про Иванушку-дурачка, сиречь Ивана-йорода, так вот сказка слегка искажает истину — Иванушка-дурачок получал не полцарства, а все царство целиком в придачу к руке своей избранницы. Так что этот бычеголовый Садок явно метит в сары-гайосары, ибо древние правители объединяли в своих руках как политическую, так и религиозную власть.

— Ну а мы-то тут при чем? — возмутился Рябушкин. — Какое отношение та же Светлана Алексеевна имеет к этому баснословному миру?

— Спросите что-нибудь полегче, Анатолий Сергеевич, — возмутился Аполлон. — Я хоть и числюсь здесь кудесником, но кудесник — это еще не пророк. Во всяком случае, я в себе провидческого дара не чувствую. А вы что молчите, избранники оракула, это ведь по вашей милости мы все здесь оказались?

Вопрос Аполлона был обращен к Кузнецову и Ходулину, однако, не спешившим с ответом. Детектив анализировал ситуацию, Колян чесал репу. Хотя репу ему следовало почесать перед тем, как сорвать диадему с головы Катюши и приложить ее к двери. Ведь нынешняя ситуация и возникла в результате безответственных действий бывшего графа-чернокнижника, охотящегося за сокровищами.

— Я думаю, что оракул ищет здесь исследователей, которых потерял много веков тому назад, — высказал наконец свои соображения Ярослав. — Возможно, эти исследователи слишком удалились от компьютера и в критический момент он не смог их защитить. Теперь же он пытается исправить свою и их ошибку.

— Но позвольте, — возмутился Иванов, — они же давно покойники?!

— Компьютер не знает, что такое смерть, поэтому он и пытается их реанимировать. То есть переиграть ситуацию так, чтобы они остались живы. Видимо, компьютер так запрограммирован, что он не сможет покинуть нашу планету без исследователей.

— Ну а мы-то здесь при чем? — удивился Рябушкин.

— Вы действительно ни при чем, а вот мы с Ходулиным и есть те исследователи, которые должны выполнить порученную нам оракулом миссию и вернуться живыми.

— Ты хочешь сказать, что мы находимся в прошлом? — почему-то возмутился Колян.

— Это вряд ли, — возразил Кузнецов. — Скорее всего, компьютер смоделировал ситуацию, дабы исправить ошибку. Это тот же самый театр, просто компьютер написал для нас новые роли.

— Правильно, — поддержал детектива Кравчинский. — Компьютеру не удалось реализовать заложенную программу в реальности, и он пытается исправить ошибку в искусственно созданном мире. Меня смущает только то, что ошибка все-таки была. Был сбой в работе компьютера, повлекший за собой гибель людей. Видимо, оракул ошибся в оценке ситуации и неправильно сориентировал исследователей.

Пораскинув умом, Ярослав пришел к выводу, что скорее всего поэт был прав. Исследователи наверняка были весьма жестко привязаны к искусственному созданию. Следовательно, без разрешения оракула они просто не могли покинуть зону отчуждения. Достаточно вспомнить блуждания по кругу тех же Кравчинского и Рябушкина, чтобы понять всю мощь искусственного интеллекта. Ошиблись не исследователи— ошибся компьютер, который все минувшие века пытался эту ошибку исправить, используя имеющийся под рукой материал, то есть живущих в окрестностях Горелова людей.

— И что же нам теперь делать? — спросил Рябушкин. — Нельзя ли как-нибудь эту штуку выключить? Как хотите, господа, но не гожусь я на роль жреца.

— Это сразу же бросается в глаза, Анатолий Сергеевич, — ехидно заметил Кравчинский. — А копаться в нутре этого чудовища с целью найти выключатель, я бы не стал. Нажмем, чего доброго, не на ту кнопку и окажемся на противоположном краю Вселенной.

Рябушкин, судя по всему, к межпланетным путешествиям не был готов и потому свое предложение снял. У собравшихся на борту чужого корабля людей действительно не оставалось иного выхода, как только помочь оракулу в решении его непростой задачи. Кравчинский предложил исходить из того, что храм, где они сейчас находятся, существовал в действительности и компьютер достаточно точно его скопировал. Возможно, инопланетный агрегат какое-то время здесь исполнял роль оракула, предсказателя судеб окружающих людей. Не исключено, что подобным образом инопланетяне пытались исправить нравы аборигенов и как-то повлиять на дальнейший ход истории. В этом, возможно, как раз и кроются истоки той ошибки, которая в конечном счете привела их к гибели. Похоже, они просто переоценили возможности искусственного интеллекта.

— Оракул выдал неверный прогноз? — предположил Кравчинский.

— Именно, — подтвердил Ярослав. — В данном случае, скорее всего, он не того правителя напророчил. Как я понял, на руку Светланы Алексеевны, которая здесь исполняла роль царской дочери, претендовали два Иванушки-дурачка, в смысле два йорода — Садок и Будимир, и оба рассчитывали, что оракул выскажется именно в их пользу. Вам ваше женское сердце ничего не подсказывает, Светлана? Кто из двух претендентов на вашу руку вам более по душе?