— Неужели вы думаете, что я прикажу повернуть на Кубу?

Никто не засмеялся. Хэнк пожал плечами и повернулся к оператору.

— Быстро доставай вон ту лестницу. Мне нужно подняться на крышу. Шевелись!

Парень засуетился, сдернул с потолка лестницу и упер ее в пол.

— А сейчас поднимись и открой люк. Тот нерешительно поднялся по ступенькам и стал дергать за ручку люка на крыше, но та не поддавалась.

— Люк не открывается, мистер. Фрост помахал пистолетом.

— Так дергай сильней.

— Люк примерз. Там лед, мистер.

— А тут пистолет, мистер, — передразнил Фрост его акцент.

Парень заколотил в люк изо всех сил. Хэнк повернулся и посмотрел назад — второй вагон неумолимо приближался. Наконец послышался треск ломающегося льда, люк распахнулся и внутрь ворвался поток холодного воздуха. Фрост не отводил пистолета от оператора, который медленно спустился по лестнице и встал рядом с другими пассажирами. Посматривая на своих спутников, капитан поднялся по ступенькам, подтянулся и перевалился на крышу, покрытую скользким льдом. Перекладина с блоком, по которому проходил трос, находилась на расстоянии вытянутой руки. Он бросил ключи от приборов управления внутрь и стал осторожно пробираться к перекладине. Снизу до него донесся крик оператора. Наверное, он предупреждал, чтобы пассажиры за что-нибудь ухватились. Хэнк догадался, что тот собирается делать, и постарался его опередить. Но он опоздал на какое-то мгновение. Едва капитан протянул руку, чтобы ухватиться за перекладину, как вагон рванулся из-под ног и он еле успел прыгнуть вперед и повиснуть на железной балке в пятидесяти футах над заснеженным склоном. Он засунул пистолет за пояс и почувствовал, как другая рука закоченела от обжигающе холодного металла.

Застонав от невыносимой боли, Фрост с трудом вогнал правую ладонь в лыжную перчатку, перехватился этой рукой и, забросив ноги на опору, снял нагрузку с левой руки. Он старался не двигаться, потому что боялся оставить прихваченную морозом кожу на металле. Перевалившись животом на верх перекладины, Хэнк снял зубами правую перчатку, поднялся на колени и расстегнул змейку на брюках. Закусив губу, он стал мочиться на примерзшую к железу руку. Теплая жидкость чуть-чуть нагрела металл под ладонью, и Фрост сумел освободить ее, не оторвав ни лоскутка кожи. Такой трюк иногда приходилось применять исследователям Арктики, вероятно, этому их научили эскимосы.

Капитан надел обе перчатки и поспешил спуститься вниз по опоре, так как второй вагон был уже недалеко.

Он прыгнул в снег, потер им левую руку и взглянул вверх — бандиты находились рядом.

Без лыж было невозможно далеко уйти по глубокому снегу. Он стал лихорадочно оглядываться в поисках места, которое могло бы послужить укрытием в схватке с тремя убийцами. Слева Фрост заметил небольшую сосновую рощу и поспешил туда. Сверху уже раздавались приглушенные пистолетные вы стрелы. Скользя, падая, проваливаясь в снег, Хэнк добрался до деревьев и упал за одним из стволов, выхватив оружие из-за пояса. Двое бандитов стреляли из остановившейся кабины, а третий спускался по столбу точно так же, как и Фрост несколькими минутами раньше.

Капитан тщательно прицелился, насколько это было возможно сделать с толстым глушителем на стволе, и выстрелил. Человек на опоре схватился за левый бок, покачнулся назад и камнем упал в снег. Затем Фрост снял свою шапочку, высунул ее на секунду из-за дерева, а сам через мгновение перекатился к другому дереву.

Фокус удался. Второй бандит вылез из люка и стал безостановочно стрелять по тому месту, где мелькнула шапочка капитана.

Фрост вскинул пистолет, прошив первым выстрелом горло противника, а вторым проделав дырку во лбу над правым глазом. Тело свесилось под неестественным утлом, ноги застряли внутри кабины, а верхняя половина раскачивалась снаружи, словно толстая ветка под порывами ветра.

Остался последний убийца. Через прозрачный пластик кабины было видно, как он размахивает пистолетом перед оператором, а тот нажимает на рычаги управления.

Вагон дернулся и стал двигаться вверх. Фрост невесело усмехнулся — на таком расстоянии его пистолет не пробьет обшивку кабины. Проваливаясь в снег, он бросился к трупу первого бандита. Пошарив вокруг него, он нашел то, что искал, и поднял мощный “Вальтер” калибра девять миллиметров. Не теряя ни секунды, Хэнк прицелился в уходящий вагон, молясь о том, чтобы пистолет не отказал. Первый выстрел пробил плексиглас кабины, удалившейся уже ярдов на сорок, но в бандита не попал. Тот высунулся из окошка, целясь во Фроста. Капитан поспешил его опередить, выстрелив подряд два раза, и увидел, как того отбросило на противоположную стену. Вагон закачался, бандит зашатался и, упав на разбитое отекло, съехал по нему на пол и исчез из виду за металлической стенкой, оставив на стекле кровавый след.

Фрост замерз до полусмерти, пробираясь по глубокому снегу, окрашенному призрачным светом луны в голубоватый цвет. Впереди уже были видны огни города. Он закатал рукав и посмотрел на светящийся циферблат — стрелки показывали одиннадцать часов. Вздохнув, он забросил далеко в сторону оба пистолета. Ему очень не хотелось расставаться с оружием, так как неизвестно, что его ждет в городе, но еще более нежелательны были проблемы с полицией. Да и патронов почти что не оставалось.

Капитан вышел на окраину города. Идти по укатанной улице стало намного легче. Прохожие в такой поздний час не встречались. Спереди доносились звуки музыки из какого-то ресторанчика, и он побрел по направлению к нему, едва ощущая отмороженные руки и ноги. На стене висел термометр, который показывал минус двадцать по Фаренгейту. Мороз казался еще более лютым из-за сильного ветра.

Капитан остановился у ресторанчика, откуда гремела музыка в стиле “диско”. Обледенелые деревянные ступеньки, ведущие к двери, освещались причудливым фонарем, выполненным в стиле 90-х годов прошлого века. Фрост с трудом забрался по ним наверх и еле сумел негнущимися пальцами повернуть ручку и толкнуть дверь внутрь.