Кенрик вяло сопротивлялся. Правда, только на словах.

— Что я, инвалид? Я прекрасно доберусь до постели и сам.

Тэсс предпочитала не отвечать. В конце концов все же оказался в постели. Она принялась собирать одежду, которую он разбросал ночью.

— Скоро тебе станет лучше. Несколько часов сна, ты проснешься здоровым.

Кенрик ничего не ответил. Он уже спал. Бледный, с темными кругами под глазами, но все же вид у него был лучше, чем когда он сидел в ванне.

Может, он оценит ее помощь? Нет, зря она надеется. Какой благодарности можно ожидать от Палача. Наоборот, он проснется и во всем снова будет винить ее. Скажет, что она его отравила или что он из-за нее напился. В общем, причина найдется.

Чтобы убить время, она принялась чинить старое платье, которое ей сшила горничная Мэг еще в Ремингтоне

Через два часа Кенрик начал ворочаться. Потом застонал.

— Тебя опять тошнит?

— Нет.

Глаза у него уже были не такие красные. Он снова закрыл их и глубоко вздохнул. Хуже ему не стало, и это уже хорошо. Интересно, каково сейчас бедному Фитц Элану? Взгляд Кенрика передвинулся на Тэсс. Она сидела на краю постели.

«Даже если то, что я оказался бастардом ее от меня не отвратило окончательно, это сделает моя сегодняшняя пьянка», — решил он.

— Я думал, ты ушла куда-нибудь. Ты все время сидишь здесь?

— Я боялась, вдруг тебе снова станет плохо.

— Чем это ты меня напоила?

— Там была ромашка, мята и еще кое-какие травы. Я дала это, потому что у тебя болела голова, тебя тошнило.

— Но я не понимаю почему?

Тэсс внимательно посмотрела на потолок.

— Я бы осмелилась предположить, потому, что тем количеством эля, что ты вчера выпил, можно было бы напоить целую армию.

— Нет. Я спрашиваю: почему ты дала мне это питье? Ведь мои страдания должны доставлять тебе удовольствие. Зачем тебе было нужно облегчать мою боль?

— Мне никогда не доставляет удовольствие наблюдать страдания человека. Любого. Хотя в своих страданиях вы с Фитц Эланом виноваты сами. Видел бы ты вчера себя со стороны, когда вы вдвоем ввалились сюда! Если бы не я, вы бы оба сгорели, потому что рухнули прямо рядом с камином.

— Да брось ты. Ничего подобного не было. Тэсс улыбнулась.

— Ты что, совсем ничего не помнишь? Даже как извинялся передо мной?

— За что? — Кенрик начал теребить волосы, мысленно проклиная эль и всех, кто его варит, особенно их предков.

— За то, что не оценил должным образом мои старания. То, что я сделала в твое отсутствие.

Кенрик смотрел на нее в течение нескольких секунд, особенно на руки, которые теребили кончик косы.

— Ты — маленькая лгунья, вот ты кто.

— Я пошутила.

— Но раз уж ты об этом заговорила, то должен сказать, что вчера я наконец узнал от Саймона об управляющем и обо всем остальном.

Кенрик осторожно встал с постели и начал одеваться.

— То, что я сказал ему, повторю и тебе: к счастью, трагедии не произошло. Но, как только ты обнаружила, что положение дел настолько серьезно, в первую очередь надо было сообщить мне.

Кенрик подождал ее возражений, но, поскольку она молчала, продолжил:

— Ты ошибаешься, если думаешь, что я в восторге от всей этой твоей затеи. — В душе Кенрик был горд тем, как она удачно предотвратила катастрофу, но говорить об этом не хотел. — Ты очень глупо рисковала, ввязавшись совершенно не в свое дело. Прошу это учесть на будущее. Тебе все понятно?

— Да, мне все понятно, но… — нерешительно начала она, снова наклонив голову, — я должна сообщить тебе еще кое-что. Я поручила повару к твоему возвращению приготовить праздничный обед и поэтому прошу тебя принять участие в трапезе. Пусть твои люди отпразднуют возвращение.

Кенрик с облегчением вздохнул. Он приготовился к какой-нибудь гораздо худшей новости. Кстати, он уже почувствовал легкий голод. До чего же целебное питье приготовила Тэсс!

— Не сомневаюсь, мои люди готовы отметить возвращение своего барона и окончание деспотического правления его супруги. Я не настолько слаб, чтобы пропустить обед, устроенный в мою честь. Все хорошо, дорогая. Мы отправимся туда вместе.

Тэсс поднялась, чтобы последовать за ним, но он остановил ее.

— Нет, лучше сделаем так: ты присоединишься ко мне позднее в большом зале. А сейчас я хочу, чтобы ты посетила покои моей сестры и передала ей мое приглашение на обед. Передай также, что мне нужно сказать ей несколько слов. И слова эти лучше сказать там, в большом зале, а то я опасаюсь, что не смогу сдержаться, если мы будем говорить с глазу на глаз.

Тэсс нервно сглотнула слюну и молча кивнула.