Шрифт:
– Скажите, пожалуйста, какую прибыль вы получили за этот год? – спросили его.
Чему он очень удивился:
– Прибыль? Как это – прибыль?
Тогда я встал и спросил:
– Уважаемый, а кто вы такой, собственно, и какое отношение имеете к кооперации?
Этот человек невнятно ответил, что состоит в каком-то закрытом кооперативе при военной академии…
Тогда я попросил слова. Организаторы, узнав, что я вице-президент Союза кооператоров СССР, согласились, и я прочитал доклад, который готовил для Колонного зала, вспоминая тихоновское напутствие: «Ты им вмажь…»
А для концовки я уже на ходу придумал одну метафору – специально для иностранцев.
– Знаете, чем ваш бизнес отличается от нашего? – спросил я. – Объясняю! Ваш – это когда бизнесмен едет в лимузине по хорошей дороге, где вокруг расставлены знаки. Он знает, что если знак указывает поворот налево или направо, надо так сделать, и все будет в порядке. Если бизнесмен проголодался, он может остановиться, перекусить и отдохнуть в придорожной гостинице. А наш кооперативный советский бизнес – это когда человек бежит по минному полю, и поскольку никаких знаков нет, то рискует в любой момент подорваться на мине… Вот и вся разница! Почти то же самое, не так ли, господа?
Короче, мое выступление произвело впечатление. И когда я закончил, ко мне подсел познакомиться американец по имени Джим. Он сказал:
– Слушай, давай уедем куда-нибудь отсюда, я тут уже все понял! Давай я сейчас возьму моего друга, и ты нас куда-нибудь отвезешь на ланч!
– Нет проблем, – говорю, – я вам сейчас кооперативное кафе покажу!
Я поймал такси и повез их в закусочную «Аист». Когда-то мы помогали ее организовать, и директором там работал Коля, мой приятель. Он лично взялся накрывать на стол…
Американцы уже провели несколько дней в России, они видели, что у нас творится. Был 1990-й, голодный год. Пустые полки в магазинах, огромные очереди за жуткими сосисками в целлофане и деревянными пельменями в картонных коробках… А тут на столе мгновенно возникли жареный поросенок, жареная форель, свежие овощи, икра черная, икра красная, осетрина… Американцы были просто шокированы таким изобилием!
Пока мы все это ели, я рассказывал им про кооператив «Техника», про мои взлеты и падения. Упомянул, между прочим, что являюсь первым советским легальным миллионером…
И вдруг Джим говорит:
– А ты бы не мог показать выписки со счетов? Ну, хотя бы за прошлый год или за нынешний…
Ну, думаю, у парня крыша поехала от водки и поросенка с икрой! Какие выписки! Из ЦРУ он, что ли, родимый?
Джим продолжал настаивать, и, несмотря на явную странность его просьбы, я позвонил в офис, который находился совсем рядом. Вскоре мне привезли выписку прошлого года со счетов кооператива «Техника» и со счета нашего нового внешнеэкономического объединения «Исток».
Американец достал из кармана калькулятор, умножил миллионы рублей «Техники» на 0,62 копейки по официальному курсу – и получилось, что у нас на счету было больше ста миллионов долларов!
Тут он меня радостно хватает за рукав и кричит:
– Ты же наш! Билли, ты представляешь – он наш!
Я говорю:
– Секундочку, господа, не понял! Как это ваш? Я не ваш, а советский гражданин!
– А о YPO ты ничего не слышал? Это Young Presidents Organization – Клуб молодых миллионеров! – объясняет Джим. – Я его президент и буду тебя лично рекомендовать на следующем конгрессе. Ты нам по всем параметрам подходишь! Подумать только, члена YPO найти в СССР, да все наши с ума сойдут! Ты будешь первым и у себя, и у нас!
В моей жизни было очень много заманчивых предложений, которые ничем не заканчивались, и я был уверен, что это одно из них.
– Ну ладно, – говорю, – принимай меня куда хочешь! Я согласен, только давай еще выпьем, поедим, а потом сразу можно принимать.
Короче, отнесся я к этому абсолютно несерьезно.
Джим взял мои координаты и уехал. Прошел месяц, другой, я уже забыл о его существовании. И вдруг в Союз кооператоров СССР приносят пакет: меня приглашают в конце февраля 1990 года прибыть в Сидней на конгресс YPO! Поскольку дело было в январе, я закинул приглашение подальше, в кипу бумаг на столе, и благополучно перестал о нем думать.
Тем более что времена были не из легких: надвигались выборы в Верховный Совет РСФСР, и я решил принять в них участие. Целыми днями я выступал в коллективах, агитировал, колесил по Москве, очень уставал. В итоге все мои друзья стали мне советовать куда-нибудь вырваться, хотя бы на несколько дней.
Я наткнулся на приглашение Джима, когда до вылета на конгресс оставалось дней семь, и решил заехать в австралийское посольство за визой. Наивный человек! Я почему-то был уверен, что визу можно получить сразу, в один день. Правда, до этого я за границей, кроме Китая, никогда не был.