Ей понадобилось собрать все свое мужество, чтобы спросить у мисс Мередит, нельзя ли ей подняться на палубу, если она уже больше не нужна. Это был очень храбрый поступок, но назавтра они покидали пароход, а ей так хотелось опять увидеть этого большого и мягкого человека.

— Конечно, — сказала мисс Мередит с быстрой улыбкой.

— Спасибо, мисс, — сказала Дафна и выскочила за дверь прежде, чем ее хозяйка могла бы передумать.

На палубе она с удовольствием вдохнула свежего воздуха. Она взглянула вверх и заметила, что небо стало густого, глубокого синего цвета. Ярко сияли звезды, и полная луна висела высоко-высоко.

Интересно, подумала она, где этот человек по имени Кэм.

Она вспомнила шрамы на его спине и возненавидела человека, который их оставил, человека, который владел этим пароходом. Она видела, что Кэм работает больше, чем кто-либо другой, его мускулы перекатывались под дешевой хлопчатобумажной одеждой, его глаза были темными и скрытными. Если только он не разговаривал с ней. Тогда они становились ласковыми.

Дафна понимала, что с ее стороны неразумно думать о Кэме. В вопросах любви у нее не было права сказать свое слово. Она была вещью. По ее щекам побежали слезы и она закрыла глаза, пытаясь перестать плакать.

Рука, сильная и мозолистая, мягко коснулась ее лица и вытерла с него слезинки, и Дафна открыла глаза. Это был он.

До этой минуты она не представляла, как сильно ей хотелось, чтобы он пришел, как она боялась, что он не придет.

— Мне надо идти, — прошептала она, делая шаг назад.

— Не сейчас, — сказал он, взяв ее за руку. Он вел ее к корме парохода, где были сложены тюки хлопка, и с усилием стал пробираться между ними, пока не нашел укромное местечко.

Он помог ей сесть, а затем сел сам, неловко сложив свои длинные руки и ноги. Но ее руку он так и не выпустил. Другой рукой он погладил ее по щеке.

— Ты очень хорошенькая, — сказал он наконец.

Она застыла, и Кэм почувствовал, что она замыкается в себе.

— Все в порядке, — успокоил он ее. — Я не сделаю ничего плохого. Я тебя не обижу.

Она сжалась в комочек. Она боялась его, боялась тех чувств, которые он вызывал, и того, что после завтрашнего Дня она больше никогда его не увидит.

Дафна почувствовала его руки и испугалась, что он начнет ее тискать, но ничего такого не произошло. Наоборот, ей было очень уютно. Внезапно в самой глубине ее души появилась боль. Она сможет противостоять всему, кроме этой нежности, которая так скоро исчезнет.

По-птичьи быстро она вскочила на ноги, но Кэм, несмотря на свой рост, оказался столь же проворен.

— В чем дело? — спросил он.

— Разве твой хозяин не будет тебя искать? — ответила она вопросом на вопрос.

Он немного помолчал.

— Он в кают-компании.

Мягкие карие глаза заглянули в его темные, почти черные.

— Ты его ненавидишь?

Кэм положил руку ей на плечо.

— Ненавижу всех, кто держит рабов, — сказал он с напряжением.

— Это он так… твою спину?

Лицо Кэма стало грубым, его глаза, казалось, загорелись. Ни следа мягкости в нем не осталось. Он ничего не сказал, но по его лицу и напряженному молчанию Дафна поняла ответ.

— Я тоже его ненавижу, — сказала она зло. — Я их всех ненавижу.

Кэм вздрогнул. Ему очень не хотелось говорить неправду о капитане, но такая игра была серьезной частью их защиты. Когда все дело только началось, они с капитаном решили, что Кэм будет притворяться рабом Квинна. Полосы на его спине были лишним доказательством того, что капитан твердый приверженец рабства.

— Понимаю, — наконец сказал он мягко.

Дафна внимательно посмотрела вокруг, прежде чем вслух высказать эту свою мысль:

— Ты когда-нибудь… хотел… убежать? Кэм рассмеялся с не наигранной горечью.

— Дважды, — ответил он. — В первый раз меня выпороли. Во второй раз они изуродовали мне лодыжку, чтобы я больше не смог убежать.

— Он! — с ужасом воскликнула Дафна, опять имея в виду капитана парохода.

Кэм пожал плечами. Ему не нравилось видеть в ее глазах ненависть к единственному другу, который у него был, но сейчас с этим ничего нельзя было поделать. Потом она все узнает. Потом, когда это будет безопасно.

— Ты попробуешь… еще раз?

Кэм опять не знал, что сказать. Как много можно открыть? Он хотел подготовить ее к тому дню, чтобы она предпринимала что-нибудь сама. Это было крайне опасно.

— Не без помощи друзей.

— Есть… помощь?

— Я слышал, что есть.

Ее глаза стали большими:

— А как ты их найдешь?

— Держи свои уши открытыми и слушай сюда, малышка. Это называется Подпольная железная дорога. Говорят, что они помогут добраться до Канады.

— Белые люди? — недоверчиво спросила она.